Аграрный реформатор Степан Алексеевич Маслов (1793–1879): история влияния через просвещение

Можно ли было в XIX веке изменить аграрную Россию без революций и радикальных реформ? Оказывается, можно — через упорную просветительскую работу, обмен опытом и объединение энтузиастов. Именно таким путём шло развитие сельского хозяйства империи благодаря деятельности Императорского Московского общества сельского хозяйства (МОСХ) и его ключевого деятеля — Степана Алексеевича Маслова. За несколько десятилетий скромное общество превратилось в мощный центр аграрных инноваций: оно налаживало связи между учёными и помещиками‑практиками, издавало авторитетные журналы, создавало комитеты по самым перспективным направлениям — от шелководства до свеклосахарного производства. Как небольшое сообщество энтузиастов повлияло на экономику огромной страны? И почему опыт МОСХ до сих пор представляет интерес для историков и аграриев? Разбираемся в истории одного из самых деятельных сельскохозяйственных обществ Российской империи.

Сельскохозяйственные общества XIX века: забава или драйвер развития России?

В 1818 году появилось Императорское Московское общество сельского хозяйства (МОСХ). Оно быстро стало главным центром по улучшению аграрного дела в России. В обществе объединились учёные‑аграрники и практичные рационализаторы — в основном помещики. Степан Алексеевич Маслов не вошёл в число десяти «отцов‑основателей» МОСХ — ими стали преимущественно представители знатной московской аристократии. Но он с самого начала активно участвовал в работе общества.

В то время в МОСХ ещё были сильны сословные стереотипы. Учёный‑аграрник А. В. Советов (почётный член МОСХ) позже отмечал, что многие воспринимали сельскохозяйственные общества как забаву для людей, у которых много свободного времени. Возможно, поэтому на первых собраниях МОСХ было мало участников. Со временем ситуация улучшилась — во многом благодаря Степану Алексеевичу. С декабря 1820 года он был секретарём общества, а с 1833 по 1859 год — «непременным секретарём». За короткое время он сумел сплотить учёных и рационализаторов, которые хотели развивать сельское хозяйство. Примечательно, что, получив степень доктора политэкономии в Московском университете, Маслов отказался от кафедры политической экономии и предпочёл остаться секретарём МОСХ.

К началу 1821 года Московское общество сельского хозяйства уже имело довольно широкий круг участников. В Москве состояло 55 действительных членов, ещё 48 — в других городах. Кроме того, в обществе было 34 почётных члена, среди которых — графы Д. А. Гурьев, Н. П. Румянцев и С. П. Румянцев, С. С. Уваров, граф М. М. Сперанский. Также в МОСХ входили 16 иностранных членов (из Франции, Англии, Пруссии и других стран) и один корреспондент — Василий Лебедев. Всего через 8 лет, к 1828 году, общество заметно выросло. Теперь в нём насчитывалось около 200 человек: 114 действительных членов в Москве и столько же в других городах, 36 почётных членов, 10 «чиновников общества», 42 иностранных члена (15 — из Германии, 13 — из Франции, 5 — из Англии, а также один американец — профессор Солиман из Коннектикута) и 14 корреспондентов.

Такой быстрый рост стал возможен во многом благодаря энергичной и целеустремлённой работе С. А. Маслова. Именно он помог МОСХ наладить прочные связи с другими экономическими и сельскохозяйственными обществами России и постоянно поддерживал их разными способами. Интересно, что в своем письме императору Александру I от 5 марта 1818 г. основатели общества (князья Д.В. Голицын и С.И. Гагарин, граф П.А. Толстой, А.А. Витовт, Н.Н. Муравьев, Л.Л. Карбонье, А.М. Пушкин и Н.А. Перский) напрямую связывали задачи деятельности нового общества с необходимостью преобразования отсталого сельского хозяйства империи. По признанию С.А. Маслова, планы учредителей МОСХ «оживляло патриотическое чувство любви к России», которое заметно усилилось в результате драматических событий Отечественной войны 1812 г.

Конечно, один человек не мог справиться со всеми хозяйственными и просветительскими задачами того времени. Маслову активно помогали другие члены Московского общества сельского хозяйства. Среди них были известные учёные, просветители и помещики‑рационализаторы: М. Г. Павлов, Я. А. Линовский, И. Я. Вилькинс, Н. Н. Муравьёв и другие.

Ярославские рационализаторы сельского хозяйства

Маслов много лет дружил и сотрудничал с ярославским помещиком Е. С. Карновичем — видным рационализатором и просветителем дореформенной эпохи. Выйдя в отставку в 1822 году, Карнович занялся хозяйством в своём имении Пятницкая Гора и внёс большой вклад в развитие сельского хозяйства Нечернозёмной России, особенно льнополотняного производства.

С 1832 года он был действительным членом МОСХ и публиковал аграрные труды в его изданиях. В 1843 году Карнович основал Ярославское общество сельского хозяйства и руководил им до своей смерти в 1855 году. Он активно налаживал связи между рационализаторами и учёными‑аграрниками центрально‑нечернозёмных губерний. Помещики Ярославской губернии могли обучать крестьянских мальчиков на Бутырском учебно‑опытном хуторе МОСХ.

24 февраля 1853 года Маслов стал действительным членом Ярославского общества сельского хозяйства. Он пропагандировал достижения аграрных новаторов, в частности, подробно описал хозяйство Карновича, сделав его опыт доступным для всех, кто стремился развивать сельское хозяйство России.

Статьи Карновича о немецком хозяйственном опыте, опубликованные в «Земледельческом журнале», читатели встретили с уважением — по содержанию они стояли в одном ряду с трудами европейских агрономов А. Юнга и А. Д. Тэера. В 1830–1850‑х годах имя Карновича знали почти все образованные сельские хозяева России.

Вместе с Масловым Карнович перевёл на русский язык сочинения немецкого агронома А. Д. Тэера. Эти труды, изданные обществом, стали популярными руководствами для российских помещиков.

Душа и координатор МОСХ

Степан Алексеевич Маслов, заняв пост секретаря МОСХ, сплотил вокруг себя энтузиастов, стремившихся улучшить сельское хозяйство России. С 1820 года члены МОСХ регулярно проводили беседы, собрания и совещания – зимой (уже тогда это традиционное время для аграрных конференций, семинаров, бесед) в Москву съезжались помещики почти из всех губерний, что способствовало работе общества.

Маслов по общему признанию был душой МОСХ — главным организатором и координатором. Он долгие годы совмещал должности секретаря общества, редактора и сотрудника «Земледельческого журнала», сумев завоевать доверие сельских хозяев.

Тесные связи Маслова с рационализаторами, учёными и чиновниками дореформенной эпохи стали одной из ключевых причин успеха общества. Его глубоко уважали и госслужащие, и русская интеллигенция, признавая великим деятелем своего времени.

В 1839 году министр государственных имуществ граф П. Д. Киселёв предложил С. А. Маслову пост директора Департамента сельского хозяйства, но тот отказался, заявив, что не изменит избранному делу.

После создания в 1846 году Департамента сельского хозяйства при Министерстве государственных имуществ связи МОСХ с ведомством укрепились. Общество стало важным посредником между министерством и сельскими хозяевами в распространении аграрных знаний и нововведений. Ключевую роль в этой работе по‑прежнему играл «непременный секретарь» МОСХ.

Степан Алексеевич постоянно знакомил коллег с передовым зарубежным опытом в сельском хозяйстве — особенно немецким. Но в работе МОСХ он опирался прежде всего на лучшие российские аграрные традиции.

В 1840‑х годах Маслов побывал в ряде хозяйств Центральной России и подробно описал свои наблюдения, особое внимание уделяя помещикам‑рационализаторам. В «летних заметках» о подмосковных имениях 1845 года он писал, что за последние 25 лет в сельском хозяйстве появилось много новшеств. Они постепенно внедрялись в разных местах — с учётом особенностей каждого хозяйства и подхода его владельца.

Позже, в 1868 году, почётный член МОСХ Н. П. Шишков поблагодарил Маслова за поездки по России. Он отметил, что эти путешествия вдохновили многих хозяев на усовершенствования в своих хозяйствах. Шишков подчеркнул: благодаря Маслову общество привлекло активных членов, которые внесли заметный вклад в развитие отечественного сельского хозяйства.

С. А. Маслов обладал редким сочетанием талантов — он был умелым организатором, хозяйственником и литератором. Одной из его сильных сторон стало умение доступно излагать и популяризировать передовой зарубежный аграрный опыт, почерпнутый из иностранных изданий.

На страницах «Земледельческого журнала» он публиковал переводы статей, которые оказались крайне полезны для российского сельского хозяйства. Среди них — работы Коппе, А. Веккерлина и других зарубежных авторов. Эти материалы имели не теоретическое, а вполне практическое значение для отечественных земледельцев.

«Земледельческий журнал»: трансформация от познавательного до научно-практического издания

«Земледельческий журнал» был официальным изданием Московского общества сельского хозяйства и выходил в Москве с 1821 по 1840 год. Периодичность выпуска ежегодно варьировалась от трёх до шести номеров. Все это время журналом руководил С. А. Маслов.

В последнее время существования издания его структура существенно изменилась. Вместо раздела «Земледелие» появились новые рубрики: «Сельское хозяйство», где публиковались в том числе отчёты о работе рационализаторских хозяйств, и «Сельская промышленность». Ввели и раздел «Библиография»: в нём помещали развёрнутые обзоры свежих отечественных трудов по сельскому хозяйству, справочные и статистические данные.

Особую практическую ценность для российских рационализаторов в середине и второй половине 1830‑х годов приобрела рубрика «Хозяйственные ошибки», которая, впрочем, появлялась в журнале нерегулярно.

В эпоху правления Николая I цензура была очень жесткой. Лишь изредка редактора провинциальных изданий могли хоть немного самостоятельно определять, о чём писать. Иногда им удавалось публиковать содержательные материалы — в том числе о жизни и хозяйстве крестьян. На этом фоне особенно выделяется работа С. А. Маслова. Он редактировал «Земледельческий журнал» и пользовался полным доверием властей. Ему фактически разрешили свободно вести издательскую и просветительскую деятельность — в рамках православной традиции. Маслов использовал эту возможность, чтобы продвигать сельскохозяйственную науку и изучать народные агротехнические приёмы.

Степан Алексеевич сам опубликовал в журнале 254 работы. Среди них — 42 перевода статей с иностранных языков и обзоры новой сельскохозяйственной литературы.

Журнал начал выходить в 1821 году – тогда у него было всего 400 подписчиков, но уже к 1825 году их число выросло более чем вдвое. Настолько популярным было издание, что номера за первые два года даже переиздавались — такое случалось крайне редко.

До 1830 года журнал финансировало сельскохозяйственное общество. За десять лет (с 1820 по 1830 год) продажа журнала принесла обществу прибыль в 17 906 рублей. Потом издание взял на себя Маслов — с 1830 года он оплачивал выпуск из своих личных средств, а с 1831 года стал владельцем журнала. При этом он обязался ежегодно передавать обществу 200 экземпляров бесплатно.

«Земледельческий журнал» был единственным специализированным сельскохозяйственным изданием в России того времени. Он сыграл большую роль в распространении новых аграрных методов. Вместе с «Земледельческой газетой» журнал помог изменить взгляды русских землевладельцев. Помещики увидели, как полезна сельскохозяйственная наука, и стали приспосабливаться к новым требованиям времени. Это стало возможным благодаря тому, что журнал регулярно рассказывал о передовых достижениях в аграрной сфере. Особое внимание уделялось опыту отдельных российских губерний.

Значимость информации, связанной с новейшим аграрным опытом западноевропейских стран, тоже была огромной, нередко именно она служила мощным импульсом для помещиков в нелегком многолетнем пути хозяйственного преобразования.

«Земледельческий журнал» быстро завоевал доверие помещиков и стал для них незаменимым подспорьем. Президент МОСХ князь Д. В. Голицын отмечал, что издание превратилось в своеобразный «центр сношений между просвещенными хозяевами».

Журнал наладил двусторонний обмен информацией. С одной стороны, помещики‑читатели активно делились с редакцией собственными материалами для публикаций. С другой — зарубежные коллеги охотно заимствовали из журнала наиболее интересные статьи: иностранные журналисты и члены агрономических обществ оперативно перепечатывали их в своих изданиях.

Шелководство: новая для страны отрасль

Степан Алексеевич Маслов внёс большой вклад в развитие российского шелководства. По его инициативе при Московском обществе сельского хозяйства был создан Комитет шелководства, который возглавил князь С. И. Гагарин. Деятельность комитета регулярно освещалась в журналах МОСХ.

Маслов неоднократно обращался в своих работах к вопросам практической организации шелководства в России. Особое внимание он уделял перспективам развития этой отрасли в Подмосковье. Благодаря его усилиям в Москве появилась Практическая школа шелководства.

Позже аграрник сам стал руководителем Комитета шелководства. В 1867 году он опубликовал книгу «О шелководстве в России», где детально проанализировал состояние отрасли, уделив значительное внимание положению дел в Малороссии. В своём труде автор выступал за более активное развитие шелководства как полезного дополнения к традиционному сельскому и домашнему хозяйству. Он видел потенциал в превращении этого занятия в массовое, особенно среди женщин, для производства праздничных нарядов.

Существенную часть книги Маслов посвятил собственному 34‑летнему опыту выращивания шелковицы в Москве, рассмотрев как хозяйственные, так и социокультурные аспекты этого дела.

Вместе с тем выводы автора оказались скорее неутешительными. Маслов констатировал, что даже среди образованных людей отсутствует понимание шелководства как значимой части государственного богатства. При этом он указывал на уже существующие достижения: работу Практической школы шелководства в Москве (с 1855 года), наличие крупных плантаций шелковицы в Земледельческой школе и Мещанском училище, а также открытую для ознакомления ежегодную выкормку червей с 1840 года.

Для преодоления сложившейся ситуации Маслов предлагал, прежде всего, развернуть масштабную просветительскую работу. Он считал необходимым высаживать деревья шелковицы при всех государственных учебных заведениях, располагающих садами, включая университеты, гимназии и училища.

Важную роль в популяризации шелководства Маслов отводил учителям народных школ и преподавателям естественных наук, видя в этом способ соединить научные знания с практическим опытом. Он также настаивал на ознакомлении с практикой шелководства воспитанниц женских институтов и гимназий, имеющих собственные сады. Кроме того, Маслов выступал за распространение знаний о шелководстве среди крестьянского населения. В этой работе ключевая просветительская роль, по его мнению, должна была принадлежать просвещённым помещикам и помещицам, выступающим в качестве наставников.

МОСХ и молодая свеклосахарная промышленность России

Выдающийся специалист по сахароварению Н. П. Шишков высоко оценил вклад С. А. Маслова в развитие этой отрасли. Он писал: «В 1834 г. Вы предложили Обществу открыть Комитет сахароваров… Труды Комитета, под Вашим деятельным и неусыпным руководством, как Директора, доказали пользу этой промышленности, и заводы ежегодно умножались и совершенствовались. Вы же… защищали туземное сахародобывание против интриг рафинеров и торговцев сахаром, которым русский сахар был невыносим, лишая их больших барышей. Ныне свеклосахарное производство стало твёрдою ногою на русской почве, доставляя до 6800 тыс. пуд. туземного сахара и сохраняя до 25 миллионов рублей, звонкою монетою, в год отечеству. Хвала и честь Вам, как настойчивому деятелю при введении этой промышленности в России».

Позднее в экономических изданиях отмечали, что Маслов буквально «вложил душу» в развитие свеклосахарного производства. Ему приходилось упорно бороться с противодействием зарубежных производителей — рафинеров из Гамбурга и Голландии. Те контролировали российский рынок сахара и старались помешать развитию отечественной промышленности. Они добивались высокого акциза на русский сахар и беспошлинного ввоза иностранного. Но Маслов успешно противостоял этим попыткам.

Историк А. Ельницкий также подчёркивал особую приверженность Маслова делу свеклосахарного производства: «…во что… вложил он свою душу, полную горячих желаний добра русским хозяевам, это — свеклосахарное производство». Когда официальные обращения Общества не помогали, Маслов лично ездил в Петербург и добивался нужных решений. Благодаря его усилиям Министерство финансов не повышало налог на сахар до тех пор, пока отечественная отрасль не окрепла.

Маслов превратил Московское общество сельского хозяйства в главный информационный центр по вопросам совершенствования сахарного производства — как в России, так и в Европе. Созданный им сахарный комитет поддерживал не только производство свекловичного кристаллического сахара, но и выпуск патоки из картофеля. Это дало толчок новой отрасли и способствовало расширению картофелеводства.

Кроме того, Комитет сахароваров, учреждённый по инициативе Маслова, активно помогал развитию крахмалопаточного производства. В результате вырос спрос на крахмал, который стали изготавливать на крестьянских «терочных заведениях».

В итоге благодаря усилиям Маслова молодая российская свеклосахарная промышленность смогла преодолеть монополию Германии и Голландии на рафинированный сахар. Именно он добился от Министерства финансов ключевых решений: субсидирования отечественного производства и снижения акциза на сахар.

В 1840‑х годах появились сборники статей о народном образовании. Основу этих изданий составили работы Маслова — неслучайно сборники выходили под его именем. Труды пользовались спросом: их неоднократно переиздавали (общий тираж достиг 12 тысяч экземпляров — внушительная цифра для того времени), активно покупали российские рационализаторы, а также Министерство государственных имуществ.

Всего Маслов на собственные средства издал около 30 тысяч экземпляров просветительских сочинений. Эти книги широко распространялись в дореформенной России и сыграли заметную роль: благодаря им в стране появились училища и «грамотные избы», где обучали крестьянок.

Степан Алексеевич также содействовал развитию женского сельскохозяйственного образования. Поддерживая начинания Н. С. Стремоухова, он добился учреждения 19 ноября 1845 года при Московском обществе сельского хозяйства специального Комитета. Задача комитета — распространять церковную грамотность среди крестьянок в помещичьих имениях. Организация успешно работала более тридцати лет.