Поля новой эпохи: как на смену ручному труду в России пришли машины

Целые столетия крепостной труд в России был дешевле покупки специализированных сельхозмашин — и потому первая многофункциональная сельхозтехника, которую выпустили в конце XVIII века, почти не прижилась в помещичьих имениях. С отменой крепостного права ситуация кардинально изменилась, и к 1890-м годам в России действовало более 400 заводов сельхозтехники. Еще позже отечественные плуги начали вытеснять с внутреннего рынка зарубежные аналоги. Как и почему российское земледелие преодолело инерцию традиций и вступило в эпоху механизации? Поговорим об истории развития сельхозтехники в Российской империи — от конных плугов до паровых локомобилей.

В конце XIX века, когда промышленное производство простых и сложных сельскохозяйственных орудий уже вполне развилось, специалисты подсчитали, выгодно ли заменять ручной труд оборудованием и машинами? Чтобы распахать одну десятину земли вручную, требовалось обычно 25 дней. Ту же работу можно было выполнить плугом всего за два дня – без большой нагрузки для пахаря. Боронование и мотыжение вместо 10–20 дней отнимали лишь половину 12-часового рабочего дня. В целом любые операции почвообработки с техникой шли в 10–40 раз быстрее, чем вручную.

Первая сельхозтехника в мире и в России: плуги, мотыги, бороны

С древних времён и до XV века для распашки земли тягловыми животными использовали плуг. И на Руси, и в Европе применяли самые разные его виды: славянское радло, кавказский и старогреческий плуги.. Значительно позже, в конце XVIII века, по всему миру массово распространился винтовой плуг с закаленным чугунным лемехом патента завода Рансома. В конце XIX века в России многие заводы делали плуги по шведским образцам. Особенно популярны такие плуги были в нечернозёмных губерниях.

Первым в стране создал одноконный плуг с отвалом разных типов А. Г. Павлов. Его плуги выпускались десятками тысяч — и отлично работали в северных губерниях.

На западе России, в том числе в Польше, производили плуги с рухладловым отвалом. Модели Вржесинского и Лапшина покупали в Могилёвской, Гродненской и других губерниях. В южных регионах ещё в XVII–XVIII веках применяли малороссийские плуги — они были сделаны по типу деревянного сабана. В XIX веке такие плуги знали под разными именами: колонистские, англо-болгарские и так далее. Все они были почти одинаковыми и отличались только мелкими деталями.

Во второй половине XIX века в самых развитых растениеводческих районах стали часто использовать двухконные плуги, оснащенными двумя передними колесами и специальным устройством для срезания дёрна. Такие плуги хорошо вспахивали землю, качественно и на любую глубину.

Со временем вместо старого однокорпусного железного плуга (который использовали ещё в Средневековье) появился многокорпусный. Он захватывал больше земли – не 4–6, а до 16 вершков – в ряде регионов нужно было засеивать большие площади, экономя рабочую силу, так что требовалась широкозахватная техника. Благодаря этому десятину можно было вспахать за день или даже за полдня.

Для обработки пара использовали разные инструменты:

- экстирпаторы типа Сакка — с широкими лапами, похожими на окучники (драпачи и крюмера);

- конные мотыги — в них лапы заменяли плоскими горизонтальными ножами;

- скарификаторы — у этих орудий ножи ставили вертикально.

Прогресс не стоит на месте: заменить вола на керосин

К началу XX века большинство помещичьих и часть крестьянских хозяйств имели стандартный набор земледельческих орудий для работы с тягловой силой – бороны разных типов, трёх-, четырёх- и пятикорпусные плуги (в т.ч. буккеры), культиваторы, сохи, рала, драпачи, запашники для заделки семян при разбросном или ручном посеве, волокуши, катки, лущильники-запайщики, и конные грабли.

Ещё в XVII веке европейские мастера старались найти способ заменить тягловых животных в сельском хозяйстве. В 1618 году D. Pamsey и T. Wildgosse запатентовали идею выполнять полевые работы (пахоту, боронование, сев и т. д.) без животных, но из-за суеверий люди ещё долго продолжали работать с плугом и упряжными животными.

Первый паровой плуг в 1767 году изобрёл француз Мооге. Позже, в 1849 и 1855 годах, устройство усовершенствовали в Англии, Шотландии и Канаде. В течение всего XIX века в Европе и Америке создавали самоходные машины для пахоты с разными двигателями: паровыми, керосиновыми, бензиновыми, спиртовыми и электрическими. Самые известные — самоходы Diplok’a и двигатели Диона и Бутона.

В начале XX века в России локомобили производили на заводе Раймонда в Конине (Польша) и на фабрике в Варшаве. Там выпускали керосиновые двигатели для плугов, жнеек, сноповязалок и повозок. Такие машины могли купить только богатые хозяйства в западных и южных губерниях, где рабочая сила была дороже, чем в центральных районах.

В 1822 году в Европе появилась первая жатвенная машина — Ogleset Bronn’a: её тянули запряжённые сбоку лошади. В 1827 году конструктор Белль усовершенствовал устройство — добавил мотовило и бесконечное полотно в виде платформы. С 1828 по 1831 год машины Hussey и Mac-Cormick получили колебательный двигатель с треугольными ножами. В 1860-х годах Mac-Cormick представил новую модель с грабельным механизмом. В 1873 году появилась сноповязалка Вуда, которая вязала снопы железной проволокой, а в 1878 году Джонстон создал сноповязалку, использующую нить вместо проволоки — после этого проволока в связке снопов постепенно вышла из употребления.

В России с первой половины XIX века для уборки трав и зерновых использовали разные машины: ручные и конные косилки, жнеи-косилки, жнеи с ручным или механическим сбрасыванием, жнеи-сноповязалки, гидеры (колосоуборки) и стриперы (жнеи-молотилки).

До начала XX века во многих регионах, особенно в северных и центральных губерниях, хлеб по традиции обмолачивали цепами. В южных губерниях, где было развито животноводство, иногда использовали другой, значительно более древний способ: снопы раскладывали толстым слоем на открытом гумне, а быки или волы выминали зёрна из колосьев ногами. Третий способ — гармонование: хлеб раскладывали на току и вымолачивали каменными или деревянными вальцами, которые тянули лошади, волы или буйволы. Для обработки урожая в крупных хозяйствах применяли зерносушилки и снопосушилки — как импортные, так и отечественные.

Производство сельхозтехники в Российской империи

Первые проекты сельхозмашин в России относятся к концу XVIII века: тогда прошли испытания машины на конной тяге, которая должна была выполнять сразу несколько задач и разрабатывалась для «очистки овсяного хлеба вместо ржаного, молочише снопы и разрезать колос с соломой мало по долее ржаного зерна: и просеять семена и разделка худой хлеб от доброго; сами насыплют хлеб в разные возы или по желанию других до половины снопов резать вмякины, а комли составлять на подстилку снопу».

Устройство работало с помощью пары лошадей и двух человек и могло обработать 3000 снопов, заменяя при этом ручные инструменты: цепы, вилки, грабли, метлы, волокуши, носилки и лопаты. Увы, такие механизмы почти не прижились в помещичьих хозяйствах — крепостной труд был намного дешевле.

В те же годы русские кустарные заводчики через Императорское вольное экономическое общество (ИВЭО) предлагали распространять железные плуги разных систем.

В первой половине XIX века в России выросло число предприятий по выпуску сельскохозяйственного оборудования — этому способствовали иностранные изобретения и приток капитала. В 1802 году в Москве открылся первый русский завод сельхозтехники, основанный англичанином Христофором Вильсоном. В 1805 году Императорское вольное экономическое общество (ИВЭО) объявило конкурс на разработку простой и дешёвой молотильной машины. В нем победил надворный советник Николай Патрин из Елизаветоградского уезда: он представил чертежи и описание оригинальной машины, которую успешно испытал в своём имении.

В 1815 году в Варшаве открылось заведение Лильпопа, в 1818, в Симбирске, — заведение Андреева. В 1828 году появилась мастерская при Императорском Вольном Экономическом Обществе, а в 1830 был основан один из крупнейших машинных заводов — братьев Бутеноп. Позднее он перешёл к фирме братьев Липгарт и Рангель. Еще один завод, братьев Криворотовых в Ельце, начал выпускать машины в 1880 году.

В 1862 году в России работало 60 заводов, производивших машины для обработки и уборки зерновых. В то время специалисты искали способ создать испытательную площадку, где отечественные изобретатели могли бы проверять свои образцы сельхозтехники.

В марте 1866 года стало известно о планах Императорского Вольного Экономического Общества (ИВЭО) организовать недалеко от Санкт-Петербурга станцию для испытаний земледельческих орудий и машин. К тому моменту в Ораниенбауме уже обустраивали ферму с землёй и обученными лошадьми — она подходила для опытов с сельскохозяйственными орудиями. ИВЭО предложило использовать именно эту ферму в качестве испытательной станции и даже разработало два варианта её содержания. Увы, проект так и не был закончен.

В 1876 году производство сельскохозяйственных машин в России оценивалось в 2 374 800 рублей, а к 1882 году оно выросло до 6 миллионов рублей.

Сельскохозяйственная выставка 1882 года в Москве показала, что плуги отечественной разработки не уступали зарубежным аналогам. После Нижегородской Всероссийской художественно-промышленной выставки 1896 года стало очевидно: отечественные плуги постепенно вытесняют с российского рынка иностранные. Развитие металлургических заводов в западных, южных и восточных промышленных районах улучшило качество железа, стали и чугуна для плугов и другой сельхозтехники. К концу XIX века в России наладили выпуск жней-лобогреек — сырьё для них находили на внутреннем рынке. Хорошо было организовано производство веялок и сортировок.

Благодаря развитию паровозостроения и производства паровых двигателей и котлов в 1890-х годах на российских заводах появилось отечественное оборудование для выпуска сельскохозяйственных локомобилей и керосиновых двигателей.

К 1890-м годам сельхозмашиностроение в России оформилось как самостоятельная отрасль с развитыми промышленными районами. Тогда в России действовало больше 400 заводов сельхозтехники с общим объёмом производства более 7,5 млн рублей. Крупные заводы работали:

- на юге (Херсонская губерния, Одесса, Николаев): заводы Эльворти, Ген, Донских и др. выпускали плуги, буккеры, жнеи-лобогрейки, сеялки и молотилки — многие модели не уступали и даже превосходили зарубежные аналоги;

- в центральной России (Москва): завод Э. Липгарта (бывший Бутеноп) славился конными молотилками и крестьянскими плугами;

- на западе (Люблин): заводы М. Вольского и М. Морица производили молотилки и сеялки, отмеченные на Нижегородской выставке 1896 года;

- в Харькове и Сумах: заводы Гельферих-Саде и мастерская Ф. И. Вараксина выпускали веялки («Успех», «Привилегия») и сортировки, получившие признание в России и Европе;

- в Ростове-на-Дону: завод «Аксай» производил плуги для Донского и Волжского хлеборобных районов.

Покупка сельхозтехники: импорт и отечественные машины

До середины XIX века на юге России главным поставщиком иностранной сельхозтехники была фирма «Белинно-Фендерих», которая торговала самыми знаменитыми европейскими марками: Клейтон и Шутлеворт, Мак-Кормик, Вуд, Сакк... После отмены крепостного права торговля сельхозтехникой на несколько лет оживилась, но в годы сельскохозяйственного кризиса (падение цен на хлеб и сокращение экспорта зерна) резко пошла на убыль. В 1894 году в России приняли новые таможенные правила, так что ряд сельхозмашин стал заходить в нашу страну беспошлинно. Это привело к новому росту импорта, который отражал увеличение производства товарного хлеба в стране.

Да, Россия тоже экспортировала сельхозтехнику (в основном технические машины) – но в небольших объёмах: в 1901 году стоимость вывезенных единиц техники и деталей составила 499 тыс. рублей, в 1903 — 594 тыс. рублей .

До конца 1880-х годов торговлю сельхозмашинами вели частные предприниматели. Цена для покупателя складывалась из заводской стоимости и надбавок посредников, в том числе казённых. Часто крупные помещики и арендаторы приобретали технику через третьих посредников или заимодавцев, которые брали за кредит 5–6% и выше, так что итоговая цена могла существенно превышать рыночную. Так, стальные плуги Сакка и Эккерта в России стоили почти вдвое дороже, чем в Германии, в том числе из-за высоких пошлин.

Чтобы избежать лишних расходов, обращались к губернским и уездным земствам, к сельскохозяйственным обществам. Эти организации закупали технику на заводах оптом и продавали её с небольшой надбавкой, которая покрывала расходы на содержание складов и специалистов. Часто предлагались рассрочка или льготный кредит, а некоторые машины можно было взять напрокат.

Крестьяне могли покупать сельхозтехнику либо за собственные средства, либо объединяясь в союзы, товарищества или артели.

По переписи 1897 года средняя сельская община в 50 губерниях Европейской России включала 40 дворов (232 человека) с посевной площадью 133 десятины. При норме 12 десятин на двор (из них 6 десятин — под зерновые) общая посевная площадь общины составляла 240 десятин. Этой площади было недостаточно для полной загрузки сложной паровой молотилки (она требовала 2000 десятин). Зато для техники с конным двигателем площадь была даже слишком большой — поэтому крестьянам приходилось либо покупать несколько одинаковых машин, либо делиться на более мелкие группы с посевной площадью 50–100 десятин. Таким образом, возможность приобрести технику напрямую зависела от кооперации между крестьянами.

К концу XIX века сельхозтехника распространилась по всей Российской Империи. Тормозило ее прогресс только отсутствие запчастей и специализированных ремонтных мастерских – кроме кузнечных цехов. Эту проблему решили в начале в начале 1900-х гг, так что торговля машинами для растениеводства еще усилилась.

С появлением волостного земства мелким крестьянским хозяйствам стало проще закупать сельхозтехнику. Первыми наладили снабжение Вятские и Пермские земства, которые ещё в 1882 году создали склады сельхозмашин. Уже в 1883 году работало 13 губернских и 118 уездных складов. Наиболее отлаженная система снабжения сложилась в земствах Херсонской, Орловской, Казанской, Тульской, Курской и Новгородской губерний. Однако чиновники нередко недооценивали отечественные земледельческие орудия и поддерживали закупку у зарубежных фирм.

Благодаря аграрным реформам 1906–1911 годов и свободной торговле машинами для растениеводства, сельское хозяйство России, особенно производство зерновых, получило лучшее оснащение техникой и стало более энергоемким. К началу Первой мировой войны сложились все условия для полного технического обновления отрасли — замены старых машин и орудий на новые.