Регенеративная аквакультура: концептуальная основа по итогам обзора литературы

«Голубые продукты» (blue foods — пищевая продукция из водных источников)  играют ключевую роль в продвижении устойчивых, справедливых и здоровых продовольственных систем, способствуя достижению нескольких Целей устойчивого развития ООН (ЦУР) и «Видения биоразнообразия на 2050 год». Аквакультура, ставшая сегодня ведущим источником голубых продуктов в мире, продолжает расти, но сталкивается с такими проблемами, как деградация окружающей среды, потери питательных веществ и социальное неравенство, особенно в интенсивном разведении плотоядных рыб. Альтернативные системы, такие как низкотрофическая и интегрированная многотрофическая аквакультура, открывают потенциал для устойчивости, но требуют дальнейшего изучения их экологических, социальных и экономических последствий.

Низовое возникновение регенеративной аквакультуры и океанического фермерства на сегодняшний день получило на удивление мало научного анализа. Поскольку концепция регенеративных подходов набирает значительную силу одновременно с продолжающимся ростом сектора аквакультуры, формулирование того, что подразумевает регенеративный подход к аквакультуре, становится актуальной и важной задачей. В данном обзоре исследуется концепция регенеративной аквакультуры и предлагается концептуальная основа, опирающаяся на более широкую литературу о регенеративных продовольственных системах и сельском хозяйстве. Основа для регенеративной аквакультуры подчеркивает пять взаимосвязанных характеристик: результаты (полезные для людей и природы), образ мышления (мышление и жизнь как взаимосвязанные системы), принципы (разнообразие, взаимность и справедливость), практики (зависящие от контекста) и динамика (позитивные циклы, обучение и адаптация). Эта основа призывает к созданию систем аквакультуры, которые способствуют экологической регенерации, природопозитивным результатам, социальному благополучию и справедливости. Для успешного перехода от извлекающих к регенеративным продовольственным системам необходима трансформация структур управления, экономических систем и общественных ценностей. Будущие исследования, направленные на уточнение и внедрение регенеративной аквакультуры, должны включать эмпирические исследования, опыт практиков и разнообразные системы знаний, а также приверженность глубоким преобразованиям, необходимым для содействия устойчивым и справедливым глобальным продовольственным системам.

«Голубые продукты» (blue foods), то есть пищевая продукция, получаемая от водных животных, растений или водорослей, которые вылавливаются или культивируются в пресноводной и морской среде, всё чаще рассматриваются как важнейший элемент перехода к здоровым, справедливым и устойчивым продовольственным системам (Gephart et al., 2021). Для активизации усилий по смягчению изменения климата и достижению чистого положительного эффекта для биоразнообразия важно, чтобы системы голубых продуктов сместили акцент в сторону природопозитивных результатов, что целесообразно поддерживать разработкой и использованием индикаторов положительного воздействия (White et al., 2024; WWF, 2025). Голубые продукты способны внести вклад в достижение нескольких Целей устойчивого развития (ЦУР) Повестки дня ООН на период до 2030 года, например, за счёт улучшения питания (цель 2), устойчивого потребления и производства (цель 12) и устойчивого использования морских ресурсов (цель 14). Однако достижение ЦУР, а также выполнение «Видения биоразнообразия на 2050 год» и целевых показателей на 2030 год Куньмин-Монреальской глобальной рамочной программы по биоразнообразию (Конвенция о биологическом разнообразии, 2022) потребует трансформационных изменений, особенно в таких секторах, как производство продовольствия, которые в значительной степени способствуют утрате биоразнообразия (IPBES, 2024).

Аквакультура (выращивание водных организмов) в настоящее время является самым быстрорастущим сектором производства продовольствия: её объёмы неуклонно растут вплоть до того, что в 2022 году аквакультура обогнала промысловый лов и стала основным источником голубых продуктов в мире (FAO, 2024). Ожидается, что рост аквакультурной отрасли продолжится (FAO, 2024), и хотя она обладает потенциалом содействовать устойчивым системам голубых продуктов (Costa-Pierce, 2010; Garlock et al., 2024) и предоставлять экосистемные услуги (Alleway et al., 2019; Custódio et al., 2020), негативное воздействие на окружающую среду остаётся постоянной проблемой для отрасли (Naylor et al., 2021). Особую озабоченность вызывают интенсивные хозяйства по выращиванию плотоядных рыб, которые: (а) в высокой степени зависят от кормов, производимых в других местах (часто включающих рыбу из нижних звеньев пищевой цепи, которая могла бы использоваться для питания людей, или растения, выращенные с высоким уровнем химических вложений) (Chary et al., 2024), (б) способствуют потерям питательных веществ, что потенциально приводит к вредоносному цветению водорослей (Tsikoti and Genitsaris, 2021), (в) повышают риск генетического загрязнения в результате утечек особей и (г) уязвимы к заболеваниям и массовой гибели (из-за болезней и/или обработки при вспышках заболеваний) (Singh et al., 2024). Следует, однако, признать, что неоднородность аквакультурных систем и географических регионов предостерегает от обобщённых утверждений об устойчивости отрасли (Garlock et al., 2024). Сбор первичных данных в каждом конкретном контексте и оценка специфических воздействий и взаимодействий конкретных аквакультурных систем важны для понимания потенциала аквакультуры предоставлять экосистемные услуги (Alleway et al., 2019).

Хотя в настоящее время значительные усилия вкладываются в снижение негативного воздействия на окружающую среду, возникающего в результате различных форм аквакультуры (включая выращивание плотоядных рыб), за счёт улучшенного управления существующими системами производства, также появляются дискуссии и практики вокруг потенциала развития альтернативных систем и культивируемых видов как способа повышения устойчивости аквакультуры. Аквакультурные системы, демонстрирующие перспективы предоставления ряда экосистемных услуг без компромиссов, приводящих к отрицательным общим воздействиям, включают интегрированные многотрофические системы и использование таких организмов, как водоросли и двустворчатые моллюски (Custódio et al., 2020). Текущие исследования свидетельствуют о том, что низкотрофические и интегрированные трофические системы могут иметь лучшие результаты с точки зрения экологической устойчивости (Gephart et al., 2021; Wong et al., 2024). Хотя есть также некоторые данные, указывающие на менее значительные выгоды для устойчивости этих систем, чем предполагалось (Garlock et al., 2024). Низкотрофические аквакультурные системы могут выращивать виды с более низкими потребностями в энергии и корме, такие как экстрактивные виды моллюсков и макроводорослей (Krause et al., 2020), тогда как интегрированные или многотрофические системы способствуют циркулярности и сокращению отходов за счёт выращивания экстрактивных видов наряду с видами более высокого трофического уровня, такими как рыба (Hossain et al., 2022). Кроме того, существует множество потенциальных синергий между аквакультурой и морскими охраняемыми территориями и морским природоохранным делом, например, вклад в увеличение запасов диких видов и другие цели восстановления (Le Gouvello et al., 2017). Однако любые улучшенные экологические результаты от разработки и использования альтернативных аквакультурных систем должны рассматриваться наряду с социальными и экономическими факторами (Naylor et al., 2021; Garlock et al., 2024).

Существует долгая история дискуссий (прежде всего в наземном контексте) о воздействии современных продовольственных систем на окружающую среду, основанных на крупномасштабных монокультурах, ориентированных на глобальные коммерческие рынки, и о необходимости разработки и внедрения альтернатив, которые можно считать одновременно более социально и экологически устойчивыми (Dahlberg, 1992; Anderson and Rivera-Ferre, 2021). Это привело к появлению целого набора связанных, но при этом различных терминов и подходов, характеризующих альтернативы мейнстримным продовольственным системам, ориентированным на производство и прибыль как на главные цели. Сюда входят альтернативы, моделируемые движением агроэкологии, органическим сектором, практиками пермакультуры и многими другими. Хотя между этими альтернативными подходами к сельскому хозяйству существует ряд сходств, различий и пересечений, они, как правило, в разной степени оспаривают главный мотив производства и прибыли и вместо этого ставят в центр положительные результаты для биоразнообразия, климата и благополучия человека. В последние годы значительно выросло внимание к концепции «регенеративных систем» или «регенеративных подходов», которая появилась в широком спектре дисциплин и областей интереса (Fischer et al., 2024; Buckton et al., 2023). Это включает повышенное внимание к теории и практике регенеративных продовольственных систем в целом.

Было предложено, что регенеративные подходы выходят за рамки поиска устойчивости (понимаемой как антропоцентричное и механистическое стремление причинять меньше вреда) и редукционистской попытки найти «решение» проблем устойчивости (Buckton et al., 2023; Gibbons, 2020; Preiser et al., 2021). Регенеративные подходы отстаиваются как ориентированные на развитие более динамичных, непрерывных процессов трансформации, в которых системы становятся самоподдерживающимися (с минимальными вложениями) в позитивной восходящей спирали к деланию большего добра (Camrass, 2020; Paolini et al., 2024). В этом контексте регенеративные продовольственные системы рассматриваются как предлагающие альтернативное видение будущих продовольственных сценариев (Dahlberg, 1992; Anderson and Rivera-Ferre, 2021). В понимании регенеративных систем экстрактивные, продукционистские, индустриальные продовольственные системы, предназначенные для доминирования и контроля над природой через единообразие и масштабируемость (Loring, 2023a; El-Sayed and Cloutier, 2022), играют значительную роль в продолжающейся деградации и упадке природы. Правительства, НПО, бизнес и промышленность всё больше признают необходимость трансформационных изменений в направлении природопозитивного будущего, которое решает проблемы утраты биоразнообразия и изменения климата, одновременно способствуя благополучию человека (IPBES, 2024; White et al., 2024). Поэтому важно противодействовать и разрабатывать альтернативы, которые могут привести не только к восстановлению природы, но и к созданию систем с постоянной регенеративной способностью поддерживать как людей, так и природу.

Хотя было проведено значительное обсуждение регенеративных подходов в продовольственных системах, на сегодняшний день эта работа в значительной степени велась в контексте наземных систем, при этом академическое обсуждение регенерации и её определения в контексте аквакультуры было минимальным. Регенеративное сельское хозяйство часто рассматривается как движение, возглавляемое снизу (Umantseva, 2022), которое впервые появилось в научной литературе в 1980-х годах и теперь имеет разнообразные определения, развивающиеся благодаря вкладу как учёных, так и практиков (Newton et al., 2020). К 2010-м годам регенеративное сельское хозяйство набирало популярность (Giller et al., 2021), а академические публикации появлялись преимущественно из стран с развитой экономикой и высоким уровнем интенсивного сельского хозяйства (Todirică et al., 2024). Регенеративное сельское хозяйство обычно фокусируется на масштабе фермы, и хотя была проделана важная работа по изучению значения образа мышления и мировоззрений для регенеративного земледелия (Gordon et al., 2022; Gosnell et al., 2019), эта область чаще всего определяется акцентом на наборе принципов и практик, которые помогают обеспечить поддержание здоровых почв и биоразнообразия (Giller et al., 2021; например, Вставка 1).

ВСТАВКА 1

«Пять принципов регенеративного сельского хозяйства» и практики, предлагаемые для их реализации (Groundswell, цит. по Beacham et al., 2023).

1. Не нарушайте почву (например, через практику нулевой обработки почвы)

2. Держите поверхность почвы покрытой (например, через использование покровных культур)

3. Поддерживайте живые корни в почве (например, сохраняя растения-хозяева для микоризных сетей)

4. Выращивайте разнообразные культуры (например, через совместное выращивание и широкие севообороты)

5. Верните пасущихся животных на землю (например, внедряя мобильный выпас и периоды восстановления).

Концепция регенерации была описана как своего рода пограничный объект (Fischer et al., 2024; Page and Witt, 2022; Paolini et al., 2024), с которым теперь соотносятся различные секторы и заинтересованные стороны. Хотя разные области могут определять этот термин не совсем одинаково, общее понятие имеет достаточно общую ценность, чтобы эффективно служить интерфейсом, к которому и через который могут подключаться различные действующие лица и домены. Однако в многих из этих областей ведётся оживлённая дискуссия о преимуществах и недостатках слишком конкретного определения значения регенеративных подходов. Очевидно, есть определённая ценность в поддержании уровня интерпретационной гибкости, позволяющего концепции охватывать ряд различных доменов и способствовать междисциплинарному диалогу (Paolini et al., 2024). Также, возможно, есть ценность в том, чтобы позволить определению развиваться с течением времени и адаптироваться к каждому уникальному контексту (Newton et al., 2020). Однако есть также ценность в определениях, которые могут обеспечить ясность для практиков, политиков и потребителей таким образом, чтобы снизить возможность или вероятность того, что концепция станет пустым означающим или предметом гринвошинга (El-Sayed and Cloutier, 2022; Mambo and Lhermie, 2024).

Регенеративная аквакультура как специфическая концепция и термин (иногда называемая регенеративным океаническим фермерством формирующейся группой практиков) получила на удивление мало академического анализа на сегодняшний день. Поскольку концепция регенеративных подходов набирает значительный импульс одновременно с продолжающимся ростом сектора аквакультуры, формулирование того, что подразумевает регенеративный подход к аквакультуре, становится актуальной и важной задачей. Это особенно верно, поскольку необходимость развития трансформационных продовольственных систем, которые не увековечивают деградацию природы, также становится всё более очевидной и неотложной (IPBES, 2024). Существующий академический дискурс о концептуализации и характеристиках регенеративных подходов, в частности регенеративных продовольственных систем и регенеративного сельского хозяйства, может помочь в формировании концептуальной ясности для регенеративной аквакультуры. Таким образом, данный обзор специально исследует существующую литературу о регенеративных продовольственных системах с намерением синтезировать ключевые характеристики и изучить, как они могут дальше развивать и поддерживать становление регенеративной аквакультуры. Цель данного обзора — обобщить академическое обсуждение определений и характеристик регенеративных продовольственных систем и предложить, как это может быть консолидировано и применено к аквакультуре. Улучшение понимания потенциала регенеративной аквакультуры таким образом может принести пользу развитию, внедрению и практике за счёт улучшения коммуникации между практиками, лицами, принимающими решения, и потребителями (Mizuta et al., 2022). Эта повышенная ясность также поможет в разработке регенеративных путей к устойчивому и справедливому будущему как для аквакультуры в частности, так и для глобальных продовольственных систем в целом.

Первоначальной целью проведения данного обзора литературы было понимание значения и характеристик регенеративной аквакультуры. Первый поиск доступной литературы по регенеративной аквакультуре и регенеративному океаническому фермерству дал только две академические работы, использовавшие этот конкретный термин способами, ценными для понимания характеризующих особенностей и определений. Поэтому исследовательские вопросы и методы поиска были расширены, чтобы обеспечить синтез и обучение из контекста регенеративных продовольственных систем в более широком смысле. Конкретные вопросы, которыми руководствовался данный обзор литературы, были затем сформулированы следующим образом: Каковы определяющие характеристики регенеративных продовольственных систем? Как эти характеристики могут быть применены к аквакультуре?

Для изучения и ответа на эти вопросы был проведён систематический поиск литературы с использованием базы данных Web of Science со следующими ключевыми словами с булевыми операторами: Regenerative AND aquaculture OR ocean farming, food system*, agriculture, farming AND framework*, principle*, character*, definition*, concept*. Использование терминов «продовольственная система», «сельское хозяйство» и «фермерство» в качестве поисковых терминов было выбрано для понимания того, как исследовательские области производства продовольствия использовали регенеративную терминологию. Чтобы помочь сосредоточиться на исследовательском намерении описать или разработать концептуальную ясность для понимания и передачи характеризующих особенностей регенеративной аквакультуры, поисковые термины «концепции», «структуры», «принципы», «характеристики» и «определения» были выбраны для извлечения общих и концептуальных элементов из литературы о продовольственных системах. Диапазон дат поиска охватывал статьи, опубликованные в период с 1980 года по январь 2024 года. Все статьи, полученные в результате поиска, сначала проверялись на релевантность по названию и аннотации, затем следовало чтение полного текста и окончательный отбор 44 статей как релевантных для сформулированных исследовательских вопросов (Рисунок 1). Небольшое количество дополнительно релевантных статей также было включено после комментариев рецензентов. Эти статьи специально помогли поместить регенеративную аквакультуру в более широкий контекст других согласованных аквакультурных подходов и концепций (таких как экосистемный подход к аквакультуре), которые не были выявлены с использованием первоначальных поисковых терминов. Для анализа набора статей использовался Nvivo14 для поддержки итеративного процесса кодирования.

Рисунок 1. Блок-схема систематического подхода, использованного при отборе статей, включая критерии включения и исключения.

Анализ литературы был сосредоточен на том, как концептуализируются, описываются и характеризуются регенеративные продовольственные системы, с целью рассмотрения того, как это может относиться к аквакультуре. Поскольку конкретный фокус был на регенеративной концепции и значении регенеративных подходов, термины, относящиеся к альтернативным продовольственным системам, которые могут быть связаны, но не специфичны для регенеративных систем (такие как агроэкология, пермакультура, природоохранное сельское хозяйство, циркулярная экономика и т.д.), были намеренно исключены из конкретных поисковых терминов, используемых для выявления соответствующей литературы. Однако многие из этих терминов и подходов упоминались в рассмотренной литературе. Здесь они часто представлялись как концепции и практики, связанные с регенеративными подходами, или использовались как контрасты для определения уникальных характеристик регенеративных продовольственных систем. Поскольку каждая концепция альтернативной продовольственной системы имеет свои собственные определения, структуры и корпус литературы, включение углублённого анализа всех альтернативных моделей расширило бы корпус за пределы масштаба, который был бы практичным или непосредственно полезным для целей данного обзора. Поэтому подход, принятый в данной работе, заключался в обращении к этим терминам и альтернативным подходам тогда и в той степени, в которой они обсуждались в конкретной литературе о регенеративных продовольственных системах. Однако более глубокое сравнение различных концепций и подходов к альтернативным продовольственным системам и их потенциальной применимости к аквакультуре, чем это было возможно в данной работе, могло бы быть актуальным для будущих исследований.

В процессе итеративного кодирования, выполненного первым автором, был выявлен набор формирующихся ключевых тем и терминов, повторяющихся вопросов дискуссии и важных тем обсуждения. Термины кодирования, использованные для категоризации тем первого и второго уровня, первоначально выявленных первым автором, затем обсуждались вместе с двумя другими авторами для уточнения терминов кодирования вместе с тематической кластеризацией и категоризацией. Затем был выполнен второй раунд кодирования для применения пересмотров кодирования по всему корпусу. После этого процесса был выявлен поднабор из 15 статей как центральных для определения характеризующих особенностей регенеративных продовольственных систем. Для контроля качества и оценки согласованности интерпретаций между разными авторами второй автор затем выполнил тщательный анализ этого основного поднабора статей из корпуса. Результаты этого были сопоставлены с ключевыми особенностями для определения регенеративных продовольственных систем, выявленными в ходе итеративного процесса кодирования, выполненного первым автором. Затем формирующиеся общие особенности обсуждались вместе с третьим автором в серии встреч для коллективного изучения различных возможных констелляций и категоризаций, прежде чем прийти к окончательному описанию ключевых особенностей регенеративных продовольственных систем. Ключевым для руководства принятием решений на этом этапе было намерение прийти к синтезу ключевых особенностей, который точно представлял бы литературу о регенеративных продовольственных системах на сегодняшний день, но также был бы достаточно доступным, чтобы позволить рассмотрение и обсуждение возможного практического применения в аквакультурной среде рядом действующих лиц, таких как рыбоводы, поставщики цепочки поставок и политики.

2.1 Ограничения

Критерии поиска не охватили все статьи о регенеративных продовольственных системах. Однако полное картирование всех произведённых статей не было целью данной работы, поскольку основная цель состояла в том, чтобы найти ключевые статьи, формирующие научное понимание и ключевые определяющие особенности регенеративных продовольственных систем. Фокус на литературе о продовольственных системах также создал ограничение, потенциально исключив соответствующие обсуждения альтернатив текущим доминирующим парадигмам в других дисциплинах и системах, например, альтернативные экономические структуры, такие как регенеративная, циркулярная и симбиотическая экономика. Конкретный интерес и фокус на регенеративной аквакультуре в поиске также сузил охват таким образом, что мог исключить потенциально релевантную литературу о связанных подходах, таких как экосистемные подходы к аквакультуре или морская пермакультура. Включение только рецензируемых академических статей также было выбранным ограничением, которое ограничило вклад серой литературы и других систем знаний. Поэтому дальнейшее развитие этой структуры могло бы включать вклад из более широкого круга источников, таких как серая литература, а также местные, коренные и практические знания, а также из более широкого круга дисциплин и согласованных подходов в области аквакультуры.

В ходе обзора было выявлено четыре различных корпуса литературы, присутствующих в выборке, каждый из которых предлагает различные идеи, relevantные для разработки структуры регенеративной аквакультуры. Эти различные корпуса литературы включали: (1) небольшой набор очень недавних публикаций, исследующих появление и использование «регенерации» и «регенеративного» как концепций и подходов в различных дисциплинах и секторах, синтезирующих значение из согласованности и вариаций в их использовании в разных областях; (2) ранние и продолжающиеся работы, обсуждающие регенеративные подходы в контексте продовольственных систем; (3) значительный корпус литературы, сосредоточенный на определении значения и практики регенеративного сельского хозяйства на масштабе фермы; и (4) небольшой формирующийся набор работ, обсуждающих регенеративную концепцию в контексте систем голубых продуктов и аквакультуры более конкретно.

3.1 Регенерация в различных дисциплинах

Охват данного обзора был сосредоточен на регенеративных продовольственных системах, но важность междисциплинарного знания и восприятия регенеративной концепции в таких областях, как экономика, управление и менеджмент, признаётся. Две статьи в корпусе представляют исследования, объединяющие работу по регенеративным подходам в различных дисциплинах. Эта работа показала общее ощущение регенерации как противоположности дегенерации и исследовала динамику и требования для регенерации в разных областях. Fischer et al. (2024), например, рассмотрели такие разнообразные области, как экология, химия, менеджмент, психология и экономика, и пришли к выводу, что существуют некоторые ключевые сходства в том, как различные области подходят к значению регенеративного. Это включало: (1) намерение положительно усилить конкретный желаемый результат, (2) приверженность работе через системно-ориентированные практики, которые часто также являются местно-ориентированными, и (3) акцент на построении на основе связи человека и природы. В своём обзоре Fischer et al. (2024) излагают обобщённую структуру для изучения и управления регенеративными системами, подчёркивая важность разработки терминологии и теории, которые широко применимы в широком спектре областей, но достаточно точны, чтобы позволить регенеративным подходам войти в мейнстрим. В их структуре особое внимание уделяется понятию регенеративной динамики и тому, как она обеспечивает постоянное воссоздание желаемых результатов, то есть динамики, которая обеспечивает постоянные улучшения в системе (то есть положительные циклы) способами, которые утверждают жизнь на всех масштабах, не подрывают ресурсы и не имеют негативных побочных эффектов для других систем, и становятся в значительной степени самоподдерживающимися с течением времени. Для Fischer et al. (2024) регенеративные практики — это преднамеренные действия, которые выполняют люди (включая энергию, усилия и ресурсы, которые они вкладывают), чтобы помочь установить и поддержать регенеративную динамику в системе.

Buckton et al. (2023) выражают озабоченность по поводу отсутствия согласованного понимания регенерации и регенеративных практик в различных дисциплинах и работали над разработкой концептуальной структуры, выходящей за рамки продовольственных систем и сельского хозяйства, чтобы включить такие области, как экономика, устойчивость, туризм, городские исследования, дизайн, развитие, образование и управление. В своём междисциплинарном обзоре авторы разработали интегрированную структуру как рефлексивный инструмент, который они называют «Регенеративная линза» (Buckton et al., 2023). Авторы отмечают, что в целом регенеративные системы можно понимать как системы, в которых «жизнь порождает жизнь» и существуют положительные циклы улучшения благополучия как внутри, так и за пределами системы. Важно, что Buckton et al. (2023) подчёркивают, что система не может быть регенеративной в одиночку, а функционирует как часть «ансамбля» взаимозависимых и вложенных регенеративных социально-экологических систем. С этим пониманием они объединяют и описывают пять качеств, необходимых для поощрения регенеративной динамики в системах способами, которые могут генерировать положительные результаты для благополучия и эволюции как человека, так и экологии. Эти 5 ключевых качеств описаны в регенеративной линзе как: (1) экологическое мировоззрение, воплощённое в человеческом действии, (2) мутуализм (то есть кооперация, взаимность, забота, совместное использование ресурсов и т.д.), (3) высокое разнообразие (как физических, так и концептуальных компонентов системы), (4) агентность (для людей и не-людей), и (5) рефлексивность (через постоянную оценку, обучение и адаптацию). С фокусом на социально-экологические системы, Buckton et al. (2023) описывают, как системы можно понимать как внутренне и/или внешне регенеративные и/или дегенеративные, и демонстрируют, как структура с «оптимальным уровнем простоты» может быть полезна для стимулирования видений и углубления дискуссий в областях практики способами, которые позволяют более широкое внедрение регенеративных подходов. Чтобы построить регенеративные продовольственные системы, их необходимо рассматривать в рамках более широких вложенных социально-экологических систем, и включение исследований других дисциплин поддержит внедрение регенеративных подходов в обществе.

3.2 Регенеративные продовольственные системы

В рассмотренном корпусе литературы о регенеративных продовольственных системах неоднократно подчёркивается, что регенеративные подходы к сельскому хозяйству существуют как один из набора связанных, но, возможно, различных альтернатив типу продовольственных систем и режимов, которые в настоящее время доминируют в глобальном контексте и несут ответственность за значительную экологическую деградацию. Эти доминирующие и деградативные продовольственные системы по-разному называются в литературе индустриальными (Dahlberg, 1994; El-Sayed and Cloutier, 2022; Loring, 2023a; Gordon et al., 2022; Mambo and Lhermie, 2024), продукционистскими (Beacham et al., 2023; Umantseva, 2022) и/или экстрактивистскими (Anderson and Rivera-Ferre, 2021). Несмотря на то, что литература о регенеративных продовольственных системах использует разные термины для деградативных систем, по-видимому, существует согласие относительно ключевых особенностей этих систем, которым регенеративные подходы затем определяются в противоположность. Деградативные продовольственные системы рассматриваются как воплощающие индустриальную логику, основанную на человеческом доминировании и контроле над природой, и экстрактивистский образ мышления, в котором природа имеет только инструментальную ценность и существует как набор ресурсов, доступных людям для извлечения и потребления в соответствии с их собственными потребностями. Эти продовольственные системы принимают продукционистскую повестку, в которой основной фокус делается на повышении урожайности и прибыли, что, следуя логике индустриального мышления, должно достигаться через стандартизацию, крупномасштабные монокультуры и усиленное использование вложений и новых технологий для компенсации любого снижения уровней производства. Широкое внедрение и продвижение этой модели производства продовольствия подчёркивается как ведущее к растущей концентрации власти и богатства, а также к ряду технологических и методологических блокировок (El-Sayed and Cloutier, 2022; Loring, 2023a; Anderson and Rivera-Ferre, 2021).

Ещё с 1990-х годов звучали призывы признать недостатки современных индустриальных/экстрактивистских/продукционистских подходов и необходимость развития продовольственных систем и режимов, способных быть более возобновляемыми (Dahlberg, 1992). Было признано, что это требует не только альтернативных технологий, но и другого набора основополагающих ценностей, приоритетов, убеждений и идеологий, которые затем поддерживаются альтернативными структурами и институтами, чтобы был активный сдвиг от моделей доминирования и разрушения к сотрудничеству и регенерации. Поэтому регенеративные продовольственные системы выдвигаются как альтернативный подход, который специально направлен на устранение коренных причин упадка природы путём продвижения видений, в которых люди и природа процветают вместе, принятия моделей системного мышления, преследования многофункциональных целей и результатов и участия в деятельности, которая как восстанавливает, так и улучшает сообщества и экосистемы в процессе производства продовольствия (Leitheiser et al., 2022; Dahlberg, 1992; Anderson and Rivera-Ferre, 2021).

Определение регенеративных продовольственных систем в противоположность существующим системам, которые являются дегенеративными, открывает спектр подходов, при этом несколько авторов признают континуум между индустриальными и регенеративными продовольственными системами (Miller-Klugesherz and Sanderson, 2023; Gordon et al., 2022; Walthall et al., 2024). Если это верно, то из обзора литературы о регенеративных продовольственных системах становится ясно, что одной из ключевых определяющих особенностей концов этого континуума являются целевые результаты. В индустриальных/экстрактивистских/продукционистских системах желаемые результаты в первую очередь связаны с высокой урожайностью и высокой прибылью, тогда как в регенеративных системах больше внимания уделяется более широкому набору результатов, включающих выгоды как для людей (особенно местных сообществ), так и для природы. В рамках этого выгоды для людей также понимаются шире, чем просто количество доступной пищи или уровень получаемой прибыли, при этом целевые выгоды распространяются на здоровые, питательные и разнообразные рационы (Kraak and Niewolny, 2024; Anderson and Rivera-Ferre, 2021), жизнеспособные и устойчивые средства к существованию (Loring, 2022; Wilson et al., 2022), процветающие сельские сообщества (Anderson and Rivera-Ferre, 2021; Wilson et al., 2022), расширение собственности, агентности (Buckton et al., 2023; Seymour and Connelly, 2023) и суверенитета (James et al., 2021), назвав лишь некоторые. Выгоды для природы включают среды обитания и условия, которые поддерживают и поощряют выживание, процветание и эволюцию разнообразных видов в рамках продовольственной системы. Это означает, что хотя междисциплинарные обзоры, как видно, уделяют пристальное внимание определениям регенерации и специально обращают внимание на динамику регенеративных систем, литература о регенеративных продовольственных системах часто сосредоточена на определении регенеративных систем в противоположность тому, чем они не являются. Регенеративные продовольственные системы включают широту целевых результатов, при этом важность придаётся пониманию и принятию взаимосвязей между людьми и природой в продовольственных системах.

3.3 Регенеративное сельское хозяйство

В литературе о регенеративном сельском хозяйстве широко признаётся разнообразие и неоднозначность в том, как определяются концепция, практика и движение, при значительных дебатах о ценности прихода к единому конкретному определению. Несколько авторов предлагают конкретные определения регенеративного сельского хозяйства (Jayasinghe et al., 2023; Sands et al., 2023; Schreefel et al., 2020), в то время как другие предлагают, чтобы отдельным пользователям термина было позволено определять его способами, relevantными для их собственной цели и контекста (Newton et al., 2020). В то время как некоторые подчёркивают, что концептуальная гибкость может потребоваться для поощрения контекстно-специфических применений регенеративных практик (Mambo and Lhermie, 2024), другие подчёркивают, что необходим баланс, чтобы использование регенеративной терминологии не стало расплывчатым (Fischer et al., 2024), гринвошингом (Loring, 2023b; Wilson et al., 2024; Loring, 2023b) или стратегически перепрофилированным (Sands et al., 2023). Чтобы избежать расплывчатости, но всё же обеспечить некоторую структуру для понимания и определения регенеративного сельского хозяйства, авторы в этой области определяют регенеративное сельское хозяйство, описывая его характеризующие принципы, практики или результаты (Newton et al., 2020; Schreefel et al., 2020; Jayasinghe et al., 2023; Dudek and Rosa, 2023). Низовой характер развития регенеративного сельского хозяйства и его широкое применение в разных регионах привели к появлению разнообразных способов его понимания, практики и обсуждения (Gordon et al., 2022). Не все, кто практикует регенеративное сельское хозяйство, согласны с практиками или принципами или разделяют общее видение (Beacham et al., 2023). Тем не менее, отмечается, что существует достаточно общей основы для возникновения инклюзивного сообщества, которое оставляет пространство для индивидуальной интерпретации (Gordon et al., 2022).

В последнее время в этой области появились работы, подчёркивающие образ мышления, философии или парадигмы как важные характеризующие особенности (Gordon et al., 2022; Gosnell et al., 2019). Действительно, исследования показали, что некоторые регенеративные фермеры отличают практику регенеративного сельского хозяйства от «бытия регенеративным», признавая, что регенеративный образ мышления так же важен, как и физические практики (Seymour and Connelly, 2023). Mambo and Lhermie (2024) полезно предлагают различие между техническими и социальными определениями регенеративного сельского хозяйства. Технические определения включают те, которые основаны на процессах, те, которые основаны на результатах, и те, которые предлагают комбинацию процессов и результатов. Напротив, социальные определения, как говорят, включают те, которые фокусируются на образе мышления на индивидуальном уровне (например, фермеры, придерживающиеся философских или этических подходов), или на societal уровне (например, через акцент на важности социальной устойчивости или систем коренных знаний). Sands et al. (2023) ценно представляют антиколониальное определение регенеративного сельского хозяйства. Это определение подчёркивает важность коренных и местных знаний для регенеративных сельскохозяйственных практик и философий, подчёркивая, что любое определение, которое не признаёт эти культуры и способы познания, и их роль как источника многих убеждений и практик, важных для регенеративного сельского хозяйства, является просто ещё одним колониальным и экстрактивистским проектом. Sands et al. (2023) также предполагают, что необходимо не ограничивать регенеративное сельское хозяйство «техническими» определениями, которые фокусируются исключительно на процессах и результатах, поскольку это пренебрегало бы центральной ролью, которую играют ценности, образ мышления и культура в переходе от дегенеративных к регенеративным подходам. Хотя включение нематериальных измерений, таких как образ мышления, ценности, убеждения, нормы и духовность — встроенных в (и неотделимых от) контекстов коренных культур — присутствует в литературе (Gosnell et al., 2019; Gordon et al., 2022; Sands et al., 2023; Wright, 2022), они, возможно, ещё не стали мейнстримом в этой области.

Западные онтологии и эксплуататорские отношения человека и природы укоренены в доминирующих сельскохозяйственных практиках и дискурсах (Seymour and Connelly, 2023). Подобно корпусу литературы о регенеративных продовольственных системах, работы, сосредоточенные на регенеративном сельском хозяйстве, также представляют его как альтернативу индустриальным сельскохозяйственным подходам (O’Donoghue et al., 2022), которые отделяют людей от природы (Page and Witt, 2022), извлекают и стремятся контролировать (Umantseva, 2022), и дезинтегрируют и коммодифицируют пищу и землю (Leitheiser et al., 2022). Несмотря на акцент на создании альтернативных продовольственных систем, литература о регенеративном сельском хозяйстве, как правило, сохраняет фокус на масштабе фермы, обсуждая практики, принципы, результаты и образ мышления, связанные с производством и производителями, а не с всей цепочкой создания стоимости или структурами продовольственной системы, действующими лицами и механизмами в более широком смысле. Академические исследования регенеративного сельского хозяйства также часто склонны фокусироваться на биофизических измерениях и пренебрегать социальными и экономическими измерениями (Sands et al., 2023). Действительно, в работах, сосредоточенных на регенеративном сельском хозяйстве, одним из явных пунктов разногласий и дебатов является степень, в которой существуют или должны существовать социальные и политические цели, связанные с определениями регенеративного сельского хозяйства, например, вокруг коммунальных моделей собственности и контроля.

Как в литературе о регенеративных продовольственных системах, так и о регенеративном сельском хозяйстве, обычно отмечается существование различных версий альтернативных сельскохозяйственных подходов, таких как агроэкология, пермакультура, органическое, климатически оптимизированное, устойчивое и т.д., и подчёркивается, что хотя все они могут быть признаны разделяющими основу в сопротивлении системам, построенным на продукционистских подходах и экстрактивистских парадигмах. Эти альтернативные системы также существуют на спектре расхождения с этими доминирующими системами и не являются синонимами друг друга (Walthall et al., 2024; Shrestha and Horwitz, 2024). Например, литература подчёркивает, что, несмотря на свои первоначальные радикальные корни и сохранение сформулированной философии, почитающей связь человека и природы, органическое сельское хозяйство стало альтернативным подходом, который также теперь в значительной степени определяется тем, что он не разрешает (например, использование синтетических химикатов), стало высоко регулируемым через стандартизацию, часто работает через крупные монокультуры и в настоящее время является интегрированным компонентом существующих глобальных продовольственных систем (Mambo and Lhermie, 2024; Schreefel et al., 2020). Напротив, агроэкология в значительной степени сохранила свою идентичность как социальное движение, которое действует в соответствии с набором определяющих практик, но также выходит далеко за эти рамки в своём ясном и целенаправленном стремлении к социально-политической повестке, которая специально направлена на разрушение моделей концентрации власти и богатства и более справедливое перераспределение агентности и собственности в сельском хозяйстве (Walthall et al., 2024). В рамках регенеративного сельского хозяйства отмечается, что разнообразие и неоднозначность, сохраняющиеся в этой области, позволяют варьировать степень расхождения с индустриально-продукционистскими моделями сельского хозяйства (Gordon et al., 2022; Walthall et al., 2024), и пока неясно, в какой степени оно может пойти по пути, более близкому к органическому или агроэкологическому движению.

3.4 Регенеративная аквакультура

Подобно регенеративному сельскому хозяйству, регенеративная аквакультура первоначально возникла как низовое движение, движимое практиками — такими как GreenWave (США) и Havhøst (Дания) — в то время как концепция лишь недавно появилась в академической литературе. Работы, публикуемые о регенеративной аквакультуре, часто опираются на исследования и дискурс регенеративного сельского хозяйства (Alleway et al., 2023; Mizuta et al., 2022). Хотя есть возможность учиться у регенеративного сельского хозяйства, биофизические различия между наземной и морской средой значительны. В морских системах, где круговорот питательных веществ происходит в более широких пространственных и временных масштабах (Loring, 2023b), прямое применение конкретных практик и процессов, разработанных для регенеративного сельского хозяйства, где здоровье и сохранение почвы являются основой (Schreefel et al., 2020), явно невозможно. Тем не менее, работа, определяющая регенеративные результаты, динамику, общие принципы и образ мышления как характеризующие особенности, может иметь некоторую степень переносимости.

Mizuta et al. (2022, с. 4) предлагают первое определение регенеративной аквакультуры в академической литературе: «коммерческая или натуральная аквакультура, осуществляемая с фокусом на социальную, экономическую и экологическую ответственность и стабильность, с минимальными внешними вложениями и воздействием на окружающую среду». Согласно этому определению, регенеративная аквакультура фокусируется на развитии фермерской деятельности, которая включает минимальные внешние вложения и воздействие на окружающую среду, при этом уделяя особое внимание социальному благополучию и экономической стабильности (Mizuta et al., 2022). Хотя Mizuta и коллеги упоминают важность контекстной специфичности, они также предполагают, что возможно достичь согласия и концептуальной ясности относительно значения регенеративной аквакультуры, несмотря на это. Для поддержки операционализации своего определения Mizuta et al. (2022) предлагают 5 «предлагаемых шагов идентификации»: 1. Вспомогательное культивирование, 2. Низкие внешние вложения во время культивирования, 3. Обычно поликультура, 4. Высокий фокус на результатах социальной ответственности, 5. Частная собственность на продукт.

Как и в сельском хозяйстве, существуют различные формы аквакультуры, как те, которые считаются « conventional», так и те, которые определяются как альтернативы норме. Mizuta et al. (2022) выделяют четыре ключевых подхода к аквакультуре: коммерческий, природоохранный, восстановительный и регенеративный. Взаимосвязь и перекрытие между различными подходами к аквакультуре могут вызывать путаницу, и поэтому обеспечение концептуальной и определённой ясности определяется как важное для политики и практики (Mizuta et al., 2022). По сути, категория коммерческой аквакультуры соответствует категории индустриального сельского хозяйства, в которой основной фокус делается на производительность и прибыль для глобальных коммерческих рынков — обычно в форме крупномасштабных монокультурных хозяйств, использующих передовые технологии. Эта коммерческая форма аквакультуры оказала широкий спектр негативных воздействий на окружающую среду (Naylor et al., 2021; Tsikoti and Genitsaris, 2021; Singh et al., 2024; Chary et al., 2024), при этом собственность и богатство часто концентрируются в руках немногих. Иллюстративным примером этой формы аквакультуры является выращивание плотоядных рыб.

Категория природоохранной аквакультуры, как описано Mizuta et al. (2022), относится к аквакультурным системам, которые используются для культивирования видов для поддержки природоохранных целей, например, через разведение находящихся под угрозой исчезновения видов и их повторный выпуск в дикие экологические системы. Термин «восстановительная аквакультура» затем используется для обозначения аквакультурных систем, которые преследуют двойные цели: поставку морепродуктов или других продуктов для использования человеком, одновременно генерируя экологические или экологические выгоды. Примером этого может быть коммерческое выращивание морских водорослей, которое обеспечивает потребляемые продукты, а также предлагает такие услуги, как секвестрация углерода и создание среды обитания. Alleway et al. (2023) признают роль восстановительной аквакультуры в регенеративных продовольственных системах, но определяют её иначе, чем регенеративную аквакультуру, чтобы более прямо признать и подчеркнуть роль аквакультуры в реабилитации и восстановлении водной среды, как показано в шести принципах восстановительной аквакультуры (см. Вставку 2). Хотя принципы восстановительной аквакультуры действительно охватывают социальные факторы, вопросы социального благополучия и справедливости получают более сильный акцент в регенеративном подходе к аквакультуре (Mizuta et al., 2022). Пример, приведённый Mizuta et al. (2022) в категории регенеративной аквакультуры, — это интегрированная многотрофическая аквакультура, в которой поликультуры двустворчатых моллюсков и морских водорослей предлагают низкозатратные системы, которые поставляют продукты для использования человеком, а также экологические выгоды и услуги. Это различие между восстановительным и регенеративным было сформулировано в других работах, например, Reed (2007), которые подчёркивают природу восстановительного дизайна как «люди делают вещи с природой», в отличие от регенеративного дизайна, фокусирующегося на эволюции всей системы и сдвиге к «люди участвуют как природа».

ВСТАВКА 2

Шесть принципов восстановительной аквакультуры (Alleway et al., 2023)

1. Размещайте хозяйства там, где могут быть получены экологические выгоды

2. Выращивайте виды, которые могут обеспечить предполагаемые экологические выгоды

3. Отдавайте приоритет оборудованию для выращивания, которое усиливает предоставление экологических выгод

4. Применяйте практики управления хозяйством, которые могут усилить местные экологические выгоды

5. Стремитесь к выращиванию с интенсивностью или масштабом, которые могут улучшить результаты для экосистем

6. Предоставляйте данные, информацию, знания и технический потенциал для обеспечения количественной оценки и признания экологических, социальных и экономических выгод

Примечательно, что хотя подход Mizuta et al. (2022) к определению и различению регенеративной аквакультуры от других форм аквакультуры специально подчёркивает важность социально-политического измерения, это не было единодушно выделено всеми подходами к определению ключевых особенностей регенеративного сельского хозяйства. Интересно, что Mizuta et al. (2022) также включают как натуральные, так и коммерческие практики в своё определение регенеративной аквакультуры, одновременно обращая внимание на необходимость перераспределения субсидий и налогов для улучшения социального и экономического благосостояния. Кроме того, хотя Mizuta et al. (2022) подчёркивают экологические выгоды и минимальные вложения как важные характеризующие особенности, они меньше говорят о роли регенеративного образа мышления и специфике регенеративной динамики в своём определении, которые подчёркиваются как важные в других корпусах работ, связанных с регенеративными продовольственными системами.

Хотя данный обзор литературы обнаружил очень мало опубликованной академической литературы, активно занимающейся или развивающей конкретную концепцию регенеративной аквакультуры, существуют другие корпуса потенциально согласованных работ в аквакультуре, которые relevantно отметить и рассмотреть при попытке определить конкретные характеризующие особенности регенеративных подходов. Подобно сельскохозяйственному контексту, в настоящее время существует несколько подходов, которые бросают вызов парадигмам, ориентированным на производство и извлечение, каждый со своим сообществом практики. Например, экологическая аквакультура использует экологические принципы и практики как основу для разработки альтернативной модели аквакультуры, которая опирается на богатые традиционные системы знаний для развития аквакультуры (Costa-Pierce, 2021). Экологическая аквакультура предлагает шесть принципов (см. Вставку 3) для руководства развитием аквакультуры, которые сохраняют и улучшают природную и социальную среду системы, одновременно обеспечивая экологическую и экономическую прибыль (Costa-Pierce, 2021). Этот целостный подход и понимание аквакультурных систем как социально-экологических систем были развиты дальше в Экосистемном подходе к аквакультуре (EAA), который был направлен на обеспечение структуры управления, интегрирующей аквакультуру в местное планирование и интеграцию с другими секторами (Brugère et al., 2019).

ВСТАВКА 3

Шесть принципов экологической аквакультуры (Costa-Pierce, 2021).

Экологические аквакультурные системы:

1. являются «аквакультурными экосистемами», которые имитируют форму и функции природных экосистем

2. практикуют трофическую эффективность, чтобы обеспечить, что аквакультура является наиболее эффективным производителем белка для человечества

3. интегрируют развитие аквакультуры в долгосрочные глобальные программы и отрасли рыболовства, продовольствия и снижения бедности

4. интегрируются с сообществами для максимизации местных и региональных экономических и социальных мультипликативных эффектов, чтобы обеспечить максимальное создание рабочих мест и обучение в регионе

5. используют местные виды/штаммы и не способствуют «биологическому» загрязнению

6. являются глобальными партнёрами, производя информацию для мира, избегая проприетарности

Концепция, разработанная в наземном фермерском контексте и появляющаяся в аквакультуре, демонстрируется в работе Spillias et al. (2024), которые переводят принципы дизайна пермакультуры для океана. Морская пермакультура — это ещё один связанный подход, предлагающий структуру для проектирования аквакультуры на основе принципов, которые продвигают устойчивость и справедливость в социально-экологических системах, руководствуясь тремя центральными этиками: забота о земле, забота о людях и справедливая доля (Spillias et al., 2024). Этот подход специально продвигает мелкомасштабное развитие аквакультуры и стремится ограничить доминирование крупномасштабных действующих лиц (Spillias et al., 2024); в своей работе Spillias et al. (2024) определяют морскую пермакультуру как регенеративный подход и подчёркивают relevance к неаквакультурным последствиям, таким как фокус на использовании возобновляемой энергии вместо ископаемого топлива.

Вклад принципов экологической аквакультуры, EAA и морской пермакультуры предлагает идеи об альтернативных подходах к доминирующим парадигмам и предоставляет ценный вклад для перехода от фокуса на производство и прибыль к продвижению регенерации в социально-экологических системах. Точно так же, как движение регенеративного сельского хозяйства черпает вдохновение и определяет себя по отношению к другим альтернативным системам, таким как органическое, агроэкология и пермакультура, регенеративная аквакультура может найти полезным черпать вдохновение и характеризовать себя по отношению к альтернативным подходам, таким как EEA или морская пермакультура. Понимание потенциального вклада и синергий между этими аквакультурными подходами и отношения регенеративной аквакультуры к этим структурам выиграет от будущих эмпирических исследований. Обеспечение ясного понимания сходств и различий между формирующимися альтернативами может позволить развиваться множеству путей к улучшенным социальным и экологическим результатам, каждый из которых может быть более подходящим или принятым в конкретных контекстах. Например, продвижение пермакультурой мелкомасштабного фермерства, которое перемещает агентность на индивидуальный и общественный уровень, может играть ключевую роль в разнообразии и устойчивости систем голубых продуктов (Spillias et al., 2024), в то время как применение экологического подхода к аквакультуре к более крупномасштабным производственным системам (Costa-Pierce, 2021) может помочь существующим более крупным системам улучшить экологические и социальные результаты.

По-видимому, есть польза в рассмотрении множества альтернативных подходов (природоохранный, восстановительный, экологический, пермакультура, регенеративный) и их сообществ практики как всех вносящих вклад в более устойчивые продовольственные системы, каждый предлагает свой собственный вклад и знания для улучшения экологических и социальных результатов. Продолжение исследований по пониманию вклада различных аквакультурных систем в различных водных средах, например, вклада в экосистемные услуги (Alleway et al., 2019) и решения проблем, ведущих к сохраняющемуся социальному неравенству (Bennett et al., 2022), предлагает дополнительные знания для будущих путей развития аквакультуры. Mizuta et al. (2022) описывают свою работу как первую попытку определения различных типов аквакультуры как основы для установления чётких руководств для политиков и практиков для продвижения охраны окружающей среды и устойчивой экономики. В данной работе мы стремимся развить эту основу и, опираясь на наш обзор, проведённый по четырём различным, но связанным корпусам литературы, синтезировать ключевые особенности регенеративных продовольственных систем, которые можно использовать для обсуждения, развития и согласования регенеративной аквакультуры в более широком разговоре о регенеративных подходах. Наблюдая и размышляя о взрослении движения регенеративного сельского хозяйства, по-видимому, есть ценность в развитии идентичности внутри сообществ практиков регенеративной аквакультуры, и описание ключевых особенностей этого подхода к фермерству в океане является важным шагом для идентичности и построения сообщества (Рисунок 1).

Рисунок 2: Пять особенностей для культивирования регенеративной аквакультуры: результаты, образ мышления, принципы, практики и динамика. Результаты регенеративной аквакультуры положительны для людей и природы, что поддерживается регенеративным образом мышления о мышлении и жизни в реляционных системах, а также принципами разнообразия, взаимности и справедливости. Регенеративная аквакультура поддерживает контекстно-специфические практики, которые продвигают регенерацию в океанах Земли и поощряют регенеративную динамику восходящих улучшающихся циклов, которые продолжают генерировать положительные результаты для социальных и экологических систем.

Рисунок 2. Структура для культивирования регенеративной аквакультуры, основанная на пяти взаимосвязанных особенностях: результаты, образ мышления, принципы, практики и динамика. Результаты регенеративной аквакультуры положительны для людей и природы, что поддерживается регенеративным образом мышления о мышлении и жизни в реляционных системах, а также принципами разнообразия, взаимности и справедливости. Регенеративная аквакультура поддерживает контекстно-специфические практики, которые продвигают регенерацию в океанах Земли и поощряют регенеративную динамику улучшающихся циклов, которые продолжают генерировать положительные результаты для социальных и экологических систем.

Из проведённого здесь обзора литературы и изучения того, что считается характерно существенным в регенеративных подходах в целом, литературе о регенеративных продовольственных системах и регенеративных подходах к сельскому хозяйству, пять ключевых особенностей emerged как relevantные для структуры культивирования регенеративной аквакультуры (Рисунок 2): Результаты, Образ мышления, Принципы, Практики и Динамика. В следующем разделе будет описана каждая из этих особенностей с конкретным отражением их применения в регенеративной аквакультуре. Эти особенности взаимозависимы; поощрение регенеративной динамики, основанной на реляционном мышлении и таких принципах, как разнообразие, взаимность и справедливость, с адаптивным обучением, относящимся к практикам и месту, будет способствовать положительным восходящим циклам непрерывных улучшений для людей и природы.

4.1 Результаты: положительные для людей и природы

Регенеративные продовольственные системы отдают приоритет деятельности, которая улучшает сообщества и экосистемы (Anderson and Rivera-Ferre, 2021), что приводит к положительным результатам для людей и природы. Тенденция измерять успех продовольственных систем по узким экономическим и производственным критериям привела к пренебрежению другими измерениями, включая экологию, этику и справедливость (Dahlberg, 1992). Работа над положительными результатами как в экологической, так и в человеческой социальной и культурной сферах является центральной для движения от ориентированных на производство и экстрактивных продовольственных систем к регенеративным продовольственным системам. Регенеративные продовольственные системы опираются на преднамеренные регенеративные практики и динамику, которые поощряют непрерывное улучшение экологических и социальных результатов. Важно, чтобы для того, чтобы быть действительно регенеративной, регенерация желаемого результата не приводила к дегенерации или снижению другого желаемого результата (Fischer et al., 2024).

Регенеративная аквакультура направлена не только на снижение экологических воздействий, но и на поддержание регенеративной способности биосферы (Loring, 2022). Широкие регенеративные экологические результаты, такие как «максимизировать способность биосферы Земли строить, поддерживать, восстанавливать и воспроизводить себя, а также адаптироваться и эволюционировать» (Buckton et al., 2023, с. 828), должны быть переведены в практику в аквакультуре для определения конкретных, специфических результатов. Фокус наземного регенеративного сельского хозяйства на почве и круговороте питательных веществ не переносится на морские экосистемы, требуя от регенеративной аквакультуры consideration более широких масштабов и процессов экосистем, включая взаимосвязь между аквакультурой и рыболовством и наземной и морской средой. Overton et al. (2023) описывают 12 экологически полезных результатов, возможных через аквакультуру, включая реабилитацию и восстановление среды обитания, биоремедиацию, восстановление видов и смягчение изменения климата. Выбор конкретных экологических результатов, возможно, должен быть адаптирован к конкретному контексту и признавать, что одни и те же практики не могут предполагать одинаковые результаты во всех регионах (Khangura et al., 2023). Наиболее разработанные знания об экологических выгодах аквакультуры — это улучшение качества воды, предоставление среды обитания и смягчение климата от экстрактивных видов двустворчатых моллюсков и морских водорослей (Alleway et al., 2023). Необходима обширная оценка для дальнейшего улучшения знаний о выгодах аквакультурных практик (Alleway et al., 2023), включая разработку чётких и измеримых индикаторов, чтобы обеспечить, что положительные намерения приводят к положительным экологическим результатам (Overton et al., 2023). Решение о том, когда, где и как мониторить результаты, выбор индикаторов и метрик, а также компромиссы между всеобъемлемостью и осуществимостью мониторинга представляют собой постоянную проблему, которая будет важным элементом любого сдвига к регенеративным системам (White et al., 2024).

Помимо положительных экологических результатов, регенеративные продовольственные системы подчёркивают важность социальных результатов, таких как ценность социальных инноваций (Anderson and Rivera-Ferre, 2021) и обеспечение культурной и интеллектуальной эволюции человека через удовлетворение полного набора потребностей людей (Buckton et al., 2023). Регенеративные результаты являются не только результатом практик или технологий, но также социальной организации систем (Loring, 2022), подчёркивая важность регенерации за пределами границ фермы. Это означает, что регенеративная аквакультура включает выход за узкую цель сокращения экологического вреда к культивированию разнообразных и устойчивых средств к существованию и процветающих сообществ. В аквакультуре человеческие и социальные вопросы получили недостаточное внимание (Osmundsen et al., 2020), при этом фокус на прибыли и урожайности пренебрегает неэкономической ценностью аквакультуры (Brugere et al., 2023). Определение социальных результатов для регенеративной аквакультуры может черпать из предыдущих работ, таких как Krause et al. (2020), которые описывают потенциальные качественные и количественные индикаторы для аквакультуры на основе категорий социального измерения ООН: население, здоровье, образование, работа и жильё. Кроме того, Brugere et al. (2023) предлагают основы для обновлённых человеческих отношений с аквакультурой, основанных на признании субстантивной справедливости и агентности, интерсекциональности и интегрированных систем знаний, и описывают стратегии реализации, включая инклюзивные бизнес-модели, разделение выгод и наращивание потенциала. Регенеративная аквакультура может черпать из этих важных работ для развития и поддержания высокого фокуса на социальной ответственности, который был подчёркнут как важная характеризующая особенность (Mizuta et al., 2022).

4.2 Образ мышления: мышление и жизнь как взаимосвязанные системы

Для ясности, использование термина «образ мышления» здесь следует определению Fang et al. (2004) как «основные предположения, убеждения, основные ценности, цели и ожидания, разделяемые группой людей, которые привержены конкретной области, и то, что они будут использовать в качестве правил для руководства своими установками и практикой в этой области». Образ мышления влияет на то, как люди формируют (и переформируют) свою связь с окружающим миром (Seymour and Connelly, 2023), что может включать отношения с природным миром, продовольственными системами и связанными социальными и культурными системами. Здесь мы выделяем два элемента регенеративного образа мышления, которые выдвинулись в корпусе: взаимозависимое вложенное системное мышление и реляционность.

Регенеративный образ мышления делает акцент на мышлении и жизни как взаимосвязанных системах (Anderson and Rivera-Ferre, 2021; Dahlberg, 1994), иногда называемых целостным подходом (Mambo and Lhermie, 2024; Seymour and Connelly, 2023). Системное мышление фокусируется на том, как вещи взаимосвязаны и как эти взаимосвязи влияют на характер, деятельность и результаты более крупного целого. Этот подход поэтому уделяет особое внимание отношениям и взаимодействиям (Anderson and Rivera-Ferre, 2021) и признаёт, как живые социальные и экологические системы взаимосвязаны, взаимозависимы и не однородны (Loring, 2023a; Paolini et al., 2024). Регенеративный образ мышления принимает системный взгляд, который видит вложенные слои взаимосвязанных систем, в которых люди являются частью природы и зависят от неё, и признаёт ценность и агентность более-чем-человеческого (Seymour and Connelly, 2023) и нематериальных миров (Gosnell et al., 2019; Sands et al., 2023; Wright, 2022). Рассмотрение людей как неотъемлемой и вплетённой части природы — это широко распространённое мнение среди многих коренных сообществ по всему миру, и регенеративный образ мышления чтит эту мудрость (Sands et al., 2023; Buckton et al., 2023). Реляционность обсуждается в корпусе несколькими способами, включая реляционные подходы (Seymour and Connelly, 2023), реляционное мышление (Gosnell et al., 2019), реляционные ценности (Sands et al., 2023) и реляционные мировоззрения (Page and Witt, 2022). Реляционное мышление действует как ключевой детерминант, отличающий регенеративное от индустриальных и экстрактивных продовольственных систем.

Хотя существует широкий спектр традиций и дисциплин, выступающих за реляционный образ мышления, который включает, но также теперь выходит за пределы коренных сообществ как первоначального воплощения таких взглядов (West et al., 2020). Реляционный образ мышления, возможно, можно охарактеризовать как делающий системный взгляд на шаг дальше в том смысле, что отношение рассматривается как первичное, а взаимодействующие компоненты рассматриваются как совместно конституируемые через отношение. Это означает, что в реляционных мировоззрениях части не предшествуют целому и не существуют независимо от него. В этом мировоззрении не существует сущностей, и эти две отдельные сущности затем взаимодействуют. Скорее, то, что мы понимаем как отдельные сущности, на самом деле возникают вместе и конституируются через бесчисленные взаимодействия и взаимосвязи. На практике часто полезно видеть и думать в терминах отдельных сущностей или категорий (таких как люди и природа, или социальные и экологические системы), но в реляционных мировоззрениях мир находится в динамическом состоянии интеракционного потока, в котором нет заданных сущностей, а скорее широкий спектр разворачивающихся процессов и меняющихся отношений, которые порождают определённые arrangement, которые кажутся стабильными в течение некоторого времени. Реляционные подходы поэтому склонны не ссылаться на компоненты системы как на существительные, а направлять язык на глаголы и процессы становления (West et al., 2020). Регенеративный образ мышления видит мир в терминах взаимосвязанных систем становления, в которых тип и качество отношений формируют то, что возникает. Признание совместного возникновения человечества/природы приводит к тому, что регенеративный образ мышления предлагает возможности переосмыслить доминирующие установки и принять парадигмы, основанные на заботе, для отношений человека и природы (Seymour and Connelly, 2023) в глобальных продовольственных системах.

Для данной работы relevantно понимание того, как регенеративный образ мышления, основанный на системном мышлении и реляционности, проявлялся бы в аквакультуре, а также как это может способствовать желаемым регенеративным результатам и поощрять регенеративную динамику и практики. Образ мышления влияет на (постоянно переформирующуюся) связь человека с окружающим миром и может влиять на поведение или принятие решений, например, на наземной или водной ферме. Альтернативно, влияние может происходить в обратном направлении, когда регенеративные практики и регенеративное мышление действуют как путь, который бросает вызов мейнстримным концепциям развития и роста, что в свою очередь может генерировать сдвиги в образе мышления (Beacham et al., 2023; Miller-Klugesherz and Sanderson, 2023; Umantseva, 2022). Некоторые из сдвигов в образе мышления в рамках обычных аквакультурных систем, которые были бы необходимы для согласования с более регенеративными подходами, были бы, например: (а) сдвиг от рассмотрения океана как бесконечного ресурса, из которого можно извлечь как можно больше ценности, к почитанию различных способов, которыми наша жизнь формируется и поддерживается океаном, и поиску способов жить в взаимных отношениях давать и брать, основанных на уважении и заботе; (б) сдвиг от предположения, что выращивание одного вида является наиболее эффективным и продуктивным, к принятию многофункциональной линзы, в которой поиск идёт широкого спектра положительных результатов для людей и природы, выходящих далеко за пределы финансовой прибыли; (в) понимание продовольственных систем динамичным образом, который признаёт и активно взаимодействует с интеракционными процессами между наземным производством продовольствия, аквакультурой и рыболовством, и (г) ценность сетей малых предприятий и организаций для расширения прав и возможностей сообществ и достижения целей циркуляции ресурсов на местном уровне. Продвижение целостного, системного мышления пропагандируется в EAA. Интеграция экологических, социальных и управленческих факторов оказалась ограниченной из-за отсутствия институционального и человеческого потенциала (Brugère et al., 2019). Важные уроки можно извлечь из EAA и других попыток продвижения целостного управления и секторальной интеграции, включая необходимость включения подходов цепочки создания стоимости (Brugère et al., 2019).

4.3 Принципы: разнообразие, взаимность и справедливость

Разнообразие, взаимность и справедливость являются нормативными принципами (см. Sumberg et al., 2023) для регенеративных продовольственных систем и поэтому будут необходимы для встраивания и воплощения в регенеративной аквакультуре. Хотя эти принципы ни в коем случае не являются исчерпывающим представлением, они являются основными ценностями, выявленными в обзоре литературы, которые обеспечивают руководство для разработки регенеративных результатов, образа мышления и практик. Интерпретации каждого из этих терминов различаются в разных дисциплинах и контекстах, и следующее обсуждение основано на определениях и интерпретациях в рассмотренной литературе. Определение основного набора руководящих принципов важно в разработке бренда и идентичности, что обычно наблюдается в «альтернативных» формах сельского хозяйства (Sumberg et al., 2023). Определение таких нормативных принципов является политическим актом обрамления и важным шагом для воспитания сообщества регенеративных практиков и практики.

4.3.1 Разнообразие

Регенеративные продовольственные системы ценят и придают важность разнообразию и многофункциональности, что поддерживает работу над положительными результатами как для людей, так и для природы (Zazo-Moratalla et al., 2019; El-Sayed and Cloutier, 2022; Anderson and Rivera-Ferre, 2021; Loring, 2022). Разнообразие можно рассматривать многими способами во всей продовольственной системе, от экологического разнообразия (например, биоразнообразие в форме генетического разнообразия и/или видового разнообразия) до концептуального и человеческого разнообразия (например, принятие различных способов познания/плюралистических систем знаний, разнообразие в организационной структуре и бизнес-моделях, разнообразные потоки доходов и т.д.) (Buckton et al., 2023; Paolini et al., 2024; Sands et al., 2023). Разнообразие необходимо как для социального, так и для экосистемного здоровья и продуктивности, способствуя устойчивости и стабильности (Anderson and Rivera-Ferre, 2021; Loring, 2022).

Для регенеративной аквакультуры экологическое разнообразие можно поощрять через поддержание разнообразия культивируемых видов (например, через поликультуру или интегрированную многотрофическую аквакультуру (IMTA)) и выбор практик, которые поддерживают биоразнообразие в окружающей экосистеме. Хотя системы IMTA показывают перспективы для генерации положительных биологических и экономических результатов, сохраняются проблемы, которые будут важны для сообщества регенеративной аквакультуры, включая институциональные и управленческие барьеры (Hossain et al., 2022), понимание компромиссов (Hughes and Black, 2016), накопление химикатов и проблемы безопасности пищевой продукции (Rosa et al., 2020).

В человеческом измерении регенеративные аквакультурные системы могут поощрять поддержку разнообразных традиционных и новых продуктов, а также разнообразных структур и моделей производства, распределения и потребления. Поддержка такого типа социального разнообразия в продовольственных системах может помочь продвинуть децентрализованное мелкомасштабное производство и социальную справедливость для мелких производителей (El-Sayed and Cloutier, 2022), а также новые модели инклюзивных, общинных и натуральных (прожиточных) подходов. Всё это может поощрять перераспределение власти в продовольственных системах (James et al., 2021). Продвижение и содействие разнообразию в человеческих сферах не должно быть забыто в усилиях по развитию регенеративной аквакультуры. Предоставление агентности людям действовать регенеративно (Buckton et al., 2023) требует гибкости средств к существованию, а также разнообразия ресурсов (Loring, 2022). Поощрение низовой, снизу вверх организации (Buckton et al., 2023), которая продвигает не только экологическое разнообразие, но также социальное, культурное и политическое разнообразие с перераспределительными политиками, которые работают над уменьшением концентрации власти в цепочках поставок (James et al., 2021), являются основой регенеративных продовольственных систем. Диверсификация того, как аквакультура работает и как организуются цепочки создания стоимости, чтобы они активно включали маргинализированные группы, поддерживали прибрежные сообщества и мелких производителей, является центральным аспектом этого принципа регенеративной аквакультуры.

4.3.2 Взаимность

Взаимность как основной принцип регенеративных продовольственных систем. На практике это означает, что производство продовольствия основано на справедливых и заботливых обменах, беря от экосистем, но также отдавая им (James et al., 2021). Взаимность как основной принцип приводит в действие регенеративный образ мышления, согласно которому люди являются частью природы, а не отделены от неё, путём центрирования заботы, уважения и ответственности. Быть в отношениях с природой смещает фокус с извлечения на заботу и отдачу большего, чем взято, чтобы взаимосвязанные системы могли процветать (Loring, 2023a; Paolini et al., 2024). Взаимность работает над созданием положительных отношений (Buckton et al., 2023) и циклов обратной связи (El-Sayed and Cloutier, 2022) между людьми, сетями и природой, способствуя регенеративной динамике и импульсу к желаемым результатам. Дополнительные концепции, основанные на взаимности, включая брать только столько, сколько необходимо, и отдавать обратно, также можно найти в принципах циркулярности. Например, избегание ненужного извлечения природных ресурсов и отходов, и приоритизация использования биомассы для основных потребностей человека через выращивание видов, которые не создают конкуренцию корма и пищи (Chary et al., 2024).

Взаимность как руководящий принцип можно представить в аквакультуре несколькими способами, включая, но не ограничиваясь: (а) взаимные отношения между видами на разных трофических уровнях в системе поликультурной аквакультуры; (б) выбор аквакультурных систем, где меньше/нет внешних вложений, например, не кормимые низкотрофические виды, практики с низкими энергетическими потребностями; (в) поддержание положительных отношений, которые отдают обратно внутри и между сообществами океанических фермеров и более широкой цепочкой создания стоимости, включая крупные корпорации, рыболовство и наземные продовольственные сообщества.

4.3.3 Справедливость

Включение социальных и политических измерений в эту структуру позволяет понимать регенеративную аквакультуру в контексте всей продовольственной системы, выходя за рамки фокуса только на процессах и практиках масштаба фермы к регенеративному образу мышления, думающему в реляционных системах. Предыдущие исследования в регенеративном сельском хозяйстве показали переменное включение социальных ценностей (Mambo and Lhermie, 2024), что привело к континууму регенеративного сельского хозяйства, которое отклоняется от экстрактивистских/продукционистских подходов в разной степени (Tittonell et al., 2022; Page and Witt, 2022; Walthall et al., 2024). Однако наш обзор более широкого корпуса литературы ясно показал, что включение социальных ценностей, таких как справедливость, в качестве ключевого принципа регенеративных систем создаёт наиболее трансформационный потенциал. Если исключить, это может позволить создание систем, которые могут просто увековечить тип неравенства, несправедливости, маргинализации, дискриминации и угнетения, наблюдаемый в экстрактивном и индустриальном производстве продовольствия (Mambo and Lhermie, 2024; Walthall et al., 2024). Включая принцип справедливости в концептуальную структуру, мы специально ссылаемся на социальную справедливость и важность фокуса на справедливом и честном подходе к распределению ресурсов, бремени и возможностей — а также активной работе по устранению исторических и системных преимуществ, которые могут быть встроены в систему. Следуя этому подходу, справедливость включает честность в возможностях для разных людей и перспектив участвовать в практиках и принятии решений. Продвижение инклюзивности исторически маргинализированных групп, таких как женщины, молодёжь, коренные народы и люди с инвалидностью, является центральным для обеспечения справедливого и равноправного развития аквакультуры (Brugere et al., 2023). Следовательно, в соответствии с Mizuta и коллегами (Mizuta et al., 2022), мы также подчёркиваем важность социально-политического измерения для культивирования регенеративной аквакультуры, выделяя справедливость как ключевой принцип.

Для поддержки справедливости действия в направлении регенеративных продовольственных систем должны быть локально настроены и признавать местный и коренной вклад в знания (Wilson et al., 2022). Они также должны работать над демократизацией доступа к природным ресурсам, декоммодификацией пищи, децентрализацией управления и социальной инклюзией (James et al., 2021; Walthall et al., 2024; El-Sayed and Cloutier, 2022). Некоторые из способов, которыми этот принцип может быть продвинут в аквакультуре, могут быть в отношении рассмотрения того, как работают текущие системы лицензирования и субсидий, перераспределения богатства и выгод среди работников внутри компаний или сообществ, а также демократизации океанических знаний и инклюзивных систем управления, которые позволяют возникновение решений снизу вверх (Österblom et al., 2023). Контекстная специфичность и недостаток исследований в управлении аквакультурой (Partelow et al., 2022), а также благополучие человека и справедливость, в значительной степени игнорируемые в дискурсах развития аквакультуры (Brugere et al., 2023), являются критическими областями, нуждающимися в дальнейшем внимании, если сообщество практики вокруг регенеративной аквакультуры должно развиваться.

4.4 Практики: контекстно-специфические

Регенеративные практики поощряют регенеративную динамику, поддерживаются определением регенеративных результатов и должны рассматриваться в рамках и опираться на экологический, социальный и культурный контекст. Это означает, что регенеративные практики аквакультуры должны будут различаться в зависимости от контекста, включая культивируемые виды, организационные модели и используемые технологии. Учитывая ограниченное количество литературы о регенеративной аквакультуре как специфической форме и о конкретных практиках, которые могли бы её характеризовать, вместо предписания конкретных практик здесь можно отметить указание на общие характеристики циркулярности регенеративного сельского хозяйства, которые также могут быть применимы в аквакультуре. Это включает, например, акцент на системах, которые используют циклические процессы и перерабатывают материалы (El-Sayed and Cloutier, 2022); поликультуру или смешанное выращивание видов (Beacham et al., 2023); использование местных видов (Chary et al., 2024); минимизацию внешних вложений (Schreefel et al., 2020; Mizuta et al., 2022); и использование низкоэнергетических процессов (El-Sayed and Cloutier, 2022; Dahlberg, 1992; James et al., 2021). Эти типы циклических процессов также подчёркиваются как важные особенности в других альтернативных подходах к аквакультуре, например, принцип 2 морской пермакультуры: улавливать и запасать энергию, и принцип 5: использовать и ценить возобновляемые ресурсы и услуги (Spillias et al., 2024).

Регенеративные практики аквакультуры в идеале должны выбираться с учётом и поддержкой регенеративных результатов в местных экосистемах, отдалённых экосистемах (например, воздействие наземных кормов) и всех взаимодействующих системах по всей цепочке создания стоимости. Чтобы продовольственные системы были регенеративными, они должны учитывать и приспосабливаться к экологической изменчивости и изменениям в нескольких масштабах (Paolini et al., 2024). Разнообразие, взаимность и справедливость предлагают руководящие принципы для выбора практик, которые позволяют регенеративные действия для аквакультуры. Практическое понимание регенеративной динамики и определение практик, которые поддерживают эту динамику в аквакультурных системах, действительно требует эмпирического исследования в конкретных контекстах, включая, что важно, анализ как экологических, так и социальных практик, которые поддерживают регенерацию. Если регенеративная аквакультура действительно должна стать движением и процветающим сообществом, признаваемым практиками, политиками и общественностью, развитие чувства значимых практик внутри и в различных контекстах является ключевым следующим шагом.

4.5 Динамика: улучшающиеся циклы, обучение и адаптация

Чтобы понимать и поощрять регенеративные системы, нам нужно понимание регенеративных процессов и циклов (Dahlberg, 1992). Регенерация включает процесс обновления или воссоздания желаемого результата, с акцентом на положительные циклы и динамику (в нескольких взаимосвязанных доменах), а не на статические цели (Fischer et al., 2024). Чтобы создать регенеративный импульс к желаемым результатам, необходимы внешняя энергия и практики, чтобы регенеративная динамика победила дегенеративную динамику (Fischer et al., 2024; Reed, 2007). Фокус на самоподдерживающемся процессе регенерации и регенеративной динамике смещает фокус с делания меньшего вреда к деланию большего добра (Paolini et al., 2024). Это положительное обрамление (Fischer et al., 2024) позволяет потенциалу и надежде стимулировать значимые действия (Camrass, 2020). Понимание регенеративной динамики водных сред и того, как эта динамика может быть включена в аквакультурные системы, является ключевой областью, требующей дальнейшего исследования и описания через итеративные взаимодействия между теорией и практикой.

Гибкость, обучение и адаптация в культурных системах необходимы для реагирования на меняющиеся экологические и социальные контексты (Paolini et al., 2024; Loring, 2022). Перед лицом изменения климата и утраты биоразнообразия системы голубых продуктов должны будут быть способны понимать происходящие изменения и быть способными адаптироваться и поддерживать регенеративные подходы. Регенеративные продовольственные системы направлены на создание гибкости, необходимой для адаптации к экологическим изменениям и для того, чтобы фермеры могли совместно эволюционировать с меняющимися экосистемами (Gordon et al., 2022). Это требует признания и реструктуризации систем обратной связи и власти (Loring, 2022). Чтобы быть способными мониторить воздействия регенеративных практик и продолжать поддерживать регенеративную динамику перед лицом меняющихся экологических условий, глубокая рефлексивность, постоянная оценка, обучение и адаптация должны быть воспитаны (Buckton et al., 2023). Чтобы быть регенеративным, полезно принимать различные способы познания, включая местные и коренные знания, и бытия в мире (Page and Witt, 2022), и это означает учиться не только интеллектуально, но также эмпирически, с помощью чувств (зрение, запах, звук) и через практику (Seymour and Connelly, 2023). За пределами фермы построение регенеративных продовольственных систем потребует создания регенеративного импульса, гибкости, адаптации и обучения по всей цепочке создания стоимости.

В отличие от текущих систем, которые увековечивают деградацию природы, регенеративные продовольственные системы предлагают надежду на альтернативное будущее, в котором процветают как природа, так и люди. Синтезированная здесь концептуальная структура для культивирования регенеративной аквакультуры представляет будущее аквакультуры, которое генерирует положительные результаты для людей и природы через воспитание регенеративного образа мышления, основанного на принципах разнообразия, взаимности и справедливости. С акцентом на контекстно-специфические практики, которые продвигают регенерацию в океанах Земли, регенеративная аквакультура поощряет регенеративную динамику улучшающихся циклов, обучения и адаптации, которые продолжают генерировать положительные результаты для социальных и экологических систем. Каждая из этих общих ключевых особенностей, выявленных из обзора литературы о регенеративных продовольственных системах, требует дальнейшего развития и исследования в разнообразных аквакультурных системах, как они практикуются в их экологических и социальных контекстах. Важно, что это включает исследование структуры и её значения на практике с вкладом от различных носителей знаний и практиков, исследующих конкретные и контекстно-специфические примеры для аквакультурных систем.

Что ясно, так это то, что сдвиг от экстрактивных к регенеративным продовольственным системам является essential компонентом типа глубоких трансформационных изменений, необходимых для обеспечения справедливого и устойчивого будущего. В недавней крупномасштабной международной оценке по естественным наукам, социальным наукам и системам коренных знаний, проведённой IPBES (межправительственной научно-политической платформой по биоразнообразию и экосистемным услугам), был сделан вывод, что преднамеренные трансформационные изменения в направлении справедливого и устойчивого мира требуют фундаментальных общесистемных сдвигов по трём измерениям — взгляды, структуры и практики — способами, которые устраняют коренные причины упадка природы (Gurung et al., 2024; IPBES, 2024). Структура, которую мы предлагаем здесь для концептуальной ясности регенеративной аквакультуры, поддерживает предложение оценки IPBES о том, что трансформационный потенциал движения будет увеличиваться с вовлечением по всем трём измерениям взглядов, структур и практик. Это можно улучшить, явно усиливая уровень внимания, уделяемого управленческим и институциональным факторам, чтобы обеспечить целостное мышление, позволяя разработку и включение экологических порогов и уделяя адекватное внимание социальным факторам за пределами экономической ценности.

Рассмотренная литература демонстрирует сильный акцент на фермерских практиках как ключевой точке входа для изменений, и действительно аквакультурные практики также могут быть ключевым местом для осуществления изменений. Большинство литературы о регенеративных продовольственных системах, возможно, уделяет наибольшее внимание сдвигу в практиках, который требуется. Однако формирующийся фокус на взглядах в корпусе и включение образа мышления в эту структуру демонстрирует это как ещё одну ценную точку входа для регенеративной аквакультуры, чтобы культивировать трансформационный потенциал движения. Предыдущая работа об образе мышления в первую очередь исследуется с точки зрения фермера, но будущие исследования для поддержки регенеративной аквакультуры, возможно, выиграют от исследования взглядов и образа мышления по всей цепочке создания стоимости, включая производство, переработку, распределение и потребление. Регенеративные продовольственные системы, согласно этому обзору, показывают вовлечение в измерения взглядов и практик, но, возможно, оставляют пространство для дополнительной работы о роли структур, включая социальные, экономические и управленческие системы, которые могут поддержать трансформационный сдвиг к регенеративным продовольственным системам. Чтобы реализовать потенциал регенеративной аквакультуры для вклада в трансформационные изменения, также, возможно, нужно больше работы для лучшего понимания и включения роли структур.

Структурные измерения относятся к новым способам организации экономических и управленческих систем (включая регулирование и политику) и редко рассматриваются всесторонне. Борьба EAA за то, чтобы быть значимым в улучшении управления сектором аквакультуры (Brugère et al., 2019), демонстрирует трудность выхода за пределы пространственного и фермерского фокуса, чтобы влиять на более широкое институциональное или структурное развитие. Чтобы выполнить трансформационные устремления регенеративной аквакультуры, возможно, есть необходимость сосредоточить больше внимания на видениях альтернативных структурных механизмов (например, ценность и возможности диверсификации в направлении обеспечения более децентрализованного принятия решений и расширения прав и возможностей малых предприятий, встроенных в местные сети) и сдвигах, требуемых в структурах (законы, правила, регулирование, инфраструктуры и т.д.), чтобы обеспечить регенеративные результаты, образ мышления, принципы и практики. Будущие исследования в конкретных институциональных контекстах будут ценны для понимания того, как регенеративная аквакультура может взаимодействовать с более высокими уровнями управления аквакультурой.

Оценка трансформационных изменений IPBES (IPBES, 2024) описывает пять стратегий для стимулирования трансформационных изменений (Gosnell et al., 2024), с которыми регенеративные продовольственные системы могут согласоваться, чтобы продвигаться к справедливому и устойчивому миру. Стратегия первая, «сохранять и регенерировать места, ценные для природы и людей», ясно согласуется с усилием регенеративных продовольственных систем генерировать положительные результаты для людей и природы и выходить за пределы делания меньшего вреда к деланию большего добра через установление регенеративных взглядов, структур и практик. Исследование продовольственных систем и вовлечение растущего сектора аквакультуры в разговор о регенеративных подходах также согласуется со стратегией второй, «стимулировать системные изменения в секторах, наиболее ответственных за упадок природы», таких как глобальные продовольственные системы. Чтобы реализовать это системное изменение в продовольственных системах, требуются действия из стратегии третьей, «трансформировать экономические системы для природы и справедливости», и особенно потребуется непредвзятое исследование и разговор о том, как перевести продовольственные системы из коммерческих и капиталистических систем, а также какие экономические изменения необходимы для выполнения трансформационного потенциала регенеративных продовольственных систем. Чтобы понять стратегию четвёртую, «трансформировать системы управления, чтобы они были интегрированными, инклюзивными, подотчётными и адаптивными», потребуется контекстно-специфический анализ для поддержки регенеративной аквакультуры. Охват данного обзора не охватил детальный анализ систем управления, которые характеризовали бы или поддерживали регенеративную аквакультуру, и общая нехватка в литературе, затрагивающей структурные измерения регенеративных продовольственных систем, указывает на необходимость улучшения понимания управленческих и институциональных проблем в контексте регенеративных продовольственных систем, включая аквакультуру и другие голубые продукты. Эта работа будет иметь ключевое значение для признания (и демонтажа) институциональных настроек и дисбалансов власти, которые ведут к неустойчивому производству и потреблению (Gosnell et al., 2024) в аквакультуре. Пятая стратегия, «смещать общественные взгляды и ценности, чтобы признать и приоритизировать фундаментальные взаимосвязи между людьми и природой», отражена в нашей синтезированной структуре через акцент на образе мышления и принципах как ключевых характеристиках регенеративной аквакультуры. Включение нематериальных элементов системы, поощрение мышления и жизни в реляционных системах и рассмотрение людей как части природы, а не отдельно от неё, является основой того, как особенности этой структуры регенеративной аквакультуры поддерживают акцент на смещении общественных ценностей, чтобы видеть и приоритизировать связь человека и природы. Эти трансформационные стратегии могут действовать как точка встречи для разнообразных альтернативных аквакультурных подходов, описанных в данной работе, и помогать в создании справедливого и устойчивого пути вперёд для исследований и практики.

Помещение этой структуры регенеративной аквакультуры в рамки последних пониманий трансформационных изменений подчёркивает трансформационный потенциал этого подхода. Практики на уровне фермы являются важным измерением и точкой входа для отдельных лиц, предприятий и сообществ для движения к регенеративным продовольственным системам и создания справедливого и устойчивого будущего. Эта работа celebrates все шаги, предпринятые к такому будущему. Однако наша структура также ясно пропагандирует, что регенеративная аквакультура выходит за рамки одномерного фокуса на практиках, чтобы включить усилия по поощрению регенеративного образа мышления и взаимодействию с более широкими социально-политическими и структурными измерениями. Регенеративная динамика и результаты должны рассматриваться не только в природных системах на уровне фермы, но также в масштабе экономических и управленческих систем. Это непростая задача и означает, что не только наземные и водные фермеры должны участвовать в создании регенеративных продовольственных систем, но скорее необходимы более широкие коллективные усилия, которые также вовлекают политиков, лиц, принимающих решения, исследователей и потребителей, чтобы работать вместе над изменением того, как мы видим, ведём себя и организуем. Мы надеемся, что путём улучшения концептуальной ясности структура, синтезированная в данной работе, может быть полезным инструментом для поддержки, поощрения и продвижения этих коллективных усилий.

Несмотря на то, что голубые продукты являются быстрорастущим сектором и растёт акцент на регенеративных подходах в ряде дисциплин, включая те, что сосредоточены на продовольствии и сельском хозяйстве, в настоящее время существует очень мало академической литературы, объединяющей эти области и обсуждающей возможность культивирования регенеративной аквакультуры как важного вклада в регенеративные продовольственные системы и трансформационные изменения для справедливого и устойчивого будущего. Это привело нас к синтезу структуры, которая может быть использована для дальнейшего культивирования и поощрения движения и области практики в регенеративной аквакультуре. Для разработки этой структуры мы рассмотрели четыре корпуса исследований, включая работы, сосредоточенные на: (1) регенерации и регенеративном как общих концепциях и подходах; (2) регенеративных продовольственных системах; (3) регенеративном сельском хозяйстве, прежде всего на масштабе фермы; и (4) регенеративных системах голубых продуктов и аквакультуре более конкретно. Это привело к синтезу пяти ключевых особенностей регенеративных продовольственных систем, которые, как мы полагаем, принципиально важны для рассмотрения и воплощения, если движение и область практики вокруг регенеративной аквакультуры должны расти, процветать и вносить вклад в трансформационные изменения. Хотя эта структура представляет необходимую основу, всё ещё существует потребность в дальнейшей конкретизации значения этой структуры для практики регенеративной аквакультуры, требующей эмпирических исследований в области вместе с практиками, политиками и другими заинтересованными сторонами. Включение знаний и практики фермеров, а также тех, кто вовлечён в структуры, которые поддерживают или препятствуют им, обязательно для разработки контекстуально-специфических результатов, практик и политик, которые могут помочь воплотить эту структуру в жизнь и предоставить дальнейшую информацию и вдохновение для культивирования живого сообщества вокруг регенеративной аквакультуры.

Abrahams AK, Wickson F and Hausner VH (2026) Cultivating regenerative aquaculture: a conceptual framework based on a review of regenerative food systems literature. Front. Sustain. Food Syst. 10:1657695. doi: 10.3389/fsufs.2026.1657695

Перевод статьи «Cultivating regenerative aquaculture: a conceptual framework based on a review of regenerative food systems literature» автора Abrahams AK, Wickson F and Hausner VH, оригинал доступен по ссылке. Лицензия: CC BY. Изменения: переведено на русский язык

Фото: Designed by Freepik